Читаем Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями полностью

ارضا شدن – /эрзā щодан/ – «получать удовлетворение», «кончать». Может употребляться в переносном смысле, причем отбросив первую часть глагола, оставив только многозначное شدن – /щодан/, например, من شدم اینقدر خوشمزه بود – /ман щодам, ингадр хощмазе буд/ – «Было так вкусно, я аж кончил»

گاييدن – / гāйидан / – «ебать». Также может употребляться в переносном значении: گاییدی تو – /гāйиди то/ – «ты меня заебал». Отсюда также به گا رفتن – /бе гā рафтан / – «быть выебанным/заебанным», например, به گا رفتیم – /бе гā рафтим/ – «нас отымели», «нам здорово досталось».

Животные

Названия некоторых животных могут также стать оскорблениями или использоваться в ненормативной фразеологии. Где-то выражения напоминают существующие в других языках, где-то нет.

کرم – /керм/ – «червь» во фразе کردم داری؟ – /керм дāри/ – дословно: «у тебя черви?», которая обозначает «тебе что, неймется?»

سگ – /сагь/ – «собака» в сочетании پدر سگ – /педар-саг’/ – дословно: «[тот, чей] отец – собака» (в русском есть близкое «сукин сын»). Также может использоваться как междометие, вроде «черт возьми!»

خر – /хар/ и الاغ – /олāг/ – «осел» в значении «глупый». Сюда же можно отнести گاو – /гāв/ – корова и گوساله – /гусāле/ – «теленок» в значении «тупица» или «придурок».

شتر – /щотор/ – «верблюд». В сравнении с собакой и ослом верблюд в разговорном языке – чуть меньшее оскорбление, которое употребляют в адрес никчемного, пустого, небрежного человека.

Старые «профессии»

Одна из наиболее любопытных групп персидской обсценной лексики. Речь о занятиях, которые существовали в традиционном иранском обществе. Порядки с тех пор изменились, а вот слова остались, но уже в новом сленговом или нецензурном значении. Примечательно, что сами иранцы, особенно молодое поколение, порой не знают первоначального значения подобных слов. Одним из моих излюбленных занятий в смешанной компании иранцев было спросить: а знаете ли вы, что такое даййус? При том, что все присутствующие слово знали и использовали, обычно аудитория, отвечая на этот вопрос, разделялась на два лагеря: половине было известно исконное значение слова, а другой половине – нет. Так кто же этот загадочный даййус?

دیوث – /даййус/ – в традиционном обществе речь шла о человеке, который сдает свою жену «в пользование» другим (что-то вроде «куколда», но за деньги). Сегодня такая практика ушла в прошлое, а слово используется в значении «человек без чести», «скользкий тип».

ساقی – /сāги/ – виночерпий; человек, который подает вино. В современном персидском обычно используется в значении «дилер», то есть продавец запрещенных веществ: алкоголя или наркотиков

کسکش – /кос-кещ/ – образовано от уже упомянутого کس – /кос/ – «женский половой орган» и глагола کشیدن – /кешидан/ – «тянуть». Изначально это слово означало «сутенер». Причем в традиционном иранском обществе это занятие обычно было дополнением к основному источнику заработка. Скажем, работает в деревне один ушлый мясник, который подрабатывает еще и тем, что подгоняет желающим «доступных женщин». Так родилось второе значение, в котором это слово употребляется сегодня: «мутный персонаж с плохой репутацией».

Наркотики, алкоголь, тусовки

Заметная часть сленговых слов относится к этой категории, табуированной как бы дважды, – как вы помните, все вышеперечисленное в Исламской Республике Иран находится под строжайшим запретом. Но люди продолжают пить и употреблять наркотики (см. соответствующие главы), а значит, есть и соответствующие слова и выражения.

چت – /чет/ – «под кайфом», «накуренный». Например: چه چتی؟ – /че чети/ – «что, накурился?»

خط – /хат/ – «дорожка», речь в данном контексте о дорожке наркотиков (как правило, кокаина).

مست – /маст/ – «пьяный»

عرق سگی – /араг саги/ – дешевый самодельный алкоголь, сивуха. Выражение пошло от дешевой водки, которую производили в шахское время, на этикетке которой изображалась собака.

پک – /покь/ – «затяжка»

سک زدن – /сакь задан/ и سک خوردن – /сакь хордан/ – «пить чистым», когда речь об алкоголе

مزه – /маззе/ – закуска к алкоголю

کره خوری – /кяре-хори/ – дословно «поедание масла». Выражение употребляется, когда после вечерней посиделки с алкоголем или наркотиками (чаще второе) молодежь едет по городу, чтобы найти что-то поесть. Например: برای کره خوری رفتند اونجا – /барāй-е кяре-хори рафтанд унджā/ – «они поехали туда, чтобы поесть». В Иране ресторанам запрещено работать после 00:00, поэтому в этих случаях ехать надо в супермаркет или найти «особые места», которые известны местным любителям ночных выездов.

Родственники

Как и в большинстве стран мира, члены семьи в Иране – крайне чувствительная тема. Неудивительно, что с ними связаны одни из самых жестких оскорблений.

مادر – /мāдар/ – «мать». Ожидаемо, самым страшным оскорблением станет фраза: مادرتو گاییدم – /мāдар-ет-о гайидам/ – «я твою мать [сношал]»

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже