Читаем Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями полностью

پدر – /педар/ – «отец». С отцом выражения более оригинальные: پدر سوخته – /педар-сухтэ/ – дословно «тот, чей отец сожжен» (в адском пламени). Можно перевести как «скотина», «зараза», «паскудник», «шельма». В разговоре между близкими друзьями может использоваться и как похвала. Другой пример: پدرمو درآوردند – /педар-ам-о дарāварданд/ – дословно «вытащили моего отца [из могилы]», имеется в виду «меня достали, замучили».

پدرشو درمی آرم – /педар-ещ-о дармиярам/ – буквально «вытащу его отца [из могилы]» – это уже угроза: «Я ему покажу!»

ننه – /нане/ – еще одно слово, обозначающее «мать». Почему-то составные оскорбления с этим словом в персидском звучат менее жестко, чем с «мадар», поэтому услышать различные вариации можно достаточно часто. Наиболее употребимое – сокращенное کس ننت – /кос-е нана-т/ – «[половой орган] твоей матери» – используется и как оскорбление, и как междометие вроде «твою мать!»

زن– /зан/ – «жена». Здесь также существует множество оскорблений. Чаще всего можно услышать: زن جنده – /зан-дженде/ – «[тот, чья] жена – шлюха», говорится в отношении мужчины с целью оскорбить и обвинить в отсутствии чувства чести и достоинства (даже если жены у человека вовсе нет); от этого же слова образовано: زن ذلیل – /зан-залиль/ – «подкаблучник».

عمه – /аммэ/ – тетя по линии отца. Это слово используется для того, чтобы перевести стрелки, огрызнуться. Например, если иранец спросит собеседника: مستی؟ – /маст-и/ – «ты пьяный?», в ответ можно услышать: عمت مسته – /амма-т маст-э/ – «тетя твоя пьяная».

Как послать или заткнуть

Одна из важных функций обсценной лексики – резко оборвать разговор или дать понять собеседнику, что ему не рады. Здесь, как и в других группах, немало выражений, которые зиждутся на специфичной персидской фразеологии.

زهر مار – /захр-е мāр/ – дословно «яд змеи», означает «отвали», «пошел ты»

زبانتو گاز بگیر – /забāн-ет-о гāз бегир/ – «прикуси свой язык»

تخم پسر من رو بخور – /тохм-е песар-е ман-ро бохор/ – дословно «полижи яйца моего сына», так говорят девушки, когда хотят, чтобы от них отстали

خفه شو – /хафе що/ – «заткнись»

گم شو – /гом що/ – дословно «пропади», то есть «отвали», «отстань»

همين بسه – /хамин басе/ – «все, хватит!»

خاک برسرت – /хāкь бар сар-ат/ – дословно: «землю тебе на голову», означает «да ну тебя»

سیکتیر – /сиктир/ – заимствование из азербайджанского, означающее «отвали», «отъебись»

Как ругают Исламскую республику

Как можно понять из этой книги, в Иране хватает граждан, которые критически относятся к правящему строю. Соответственно, народился целый пласт разговорной лексики, выражающей эти негативные настроения – слова, которыми недовольные иранцы называют саму Исламскую республику или ее сторонников.

گنده‌گوز منطقه – /гондегуз-е мантагэ/ – «главный пердун региона». Издевательская вариация официозной формулировки, согласно которой Тегеран является «главной региональной державой».

آخوند – /āхунд/ – мулла, человек с религиозным статусом. Образовано от глагола خواندن – /хāндан/ – «читать». Изначально это слово не имело негативных коннотаций, так называли образованных людей, «ученых мужей». Однако после победы Исламской революции и закрепления этого слова за людьми с религиозным образованием термин «ахунд» стал для большей части населения ругательным, подчеркивающим их пренебрежение к духовенству. Теперь, если кто-то хочет с уважением отозваться о духовном лице, то он будет использовать слово روحانی – /рухāни/.

جاعش – /джāэш/ – слово образовано от داعش – /дāэш/ – арабская аббревиатура для ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта). Первая буква د – /д/, начальная в арабском слове «государство» دولة – /даулятун/, меняется на первую букву слова «республик» (т. е. Исламская республика) جمهوری – /джомхури/. Таким образом, употребляя слово «джаэш», оппозиционно настроенные иранцы намекают, что Исламская республика Иран – это тот же ИГИЛ, достаточно одну букву поменять. Есть и соответствующее слово для обозначения сторонников властей: جاعشی – /джāэши/.

ارزشی – /арзещи/ – «блюстители ценностей». Происходит от слова ارزش / – /арзещ/ – «ценность». Так называют сторонников Исламской республики, подразумевая, что они постоянно выступают за защиту традиционных исламских ценностей.

ساندیس‌خور – /сāндис-хор/ – «пожиратели соков». Выражение используют для обозначения участников проправительственных демонстраций. ساندیس – /сāндис/ – это фирма пакетированных соков, которые часто бесплатно раздавали на мероприятиях сторонников Исламской республики.

Как сторонники властей оскорбляют оппонентов

Лояльные Исламской республике иранцы не остаются в долгу и отвечают своим критикам пренебрежением, что привело к появлению “низкой лексики” для обозначения противников правящего строя.

فاحشه – /фāхеше/ – «проститутка», «шлюха». Это слово лоялисты используют в отношении девушек и женщин, которые не соблюдают должным образом исламский дресс-код.

Перейти на страницу:

Все книги серии Individuum

Инцелы. Как девственники становятся террористами
Инцелы. Как девственники становятся террористами

В современном мире, зацикленном на успехе, многие одинокие люди чувствуют себя неудачниками. «Не целовался, не прикасался, не обнимался, за руку не держался, друзей нет, девственник» – так описывают себя завсегдатаи форумов инцелов, сообществ мужчин, отчаявшихся найти пару. Тысячи инцелов горько иронизируют над обществом, мечутся между попытками улучшить внешность и принятием вечного (как им кажется) целибата и рассуждают, кого ненавидят больше: женщин или самих себя. А некоторые решают отомстить – и берутся за оружие.В книге «Инцелы» практикующий шведский психиатр Стефан Краковски приоткрывает дверь в этот мир. Он интервьюирует инцелов, анализирует кризис мужественности и исследует связи радикальных одиночек с ультраправыми движениями, чтобы ответить на важные вопросы: как становятся инцелами? Насколько они опасны? И что мы можем сделать, чтобы облегчить их бремя, пока еще не поздно?В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Стефан Краковски

Психология и психотерапия
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после
Отец шатунов. Жизнь Юрия Мамлеева до гроба и после

Биографии недавно покинувших нас классиков пишутся, как правило, их апологетами, щедрыми на елей и крайне сдержанными там, где требуется расчистка завалов из мифов и клише. Однако Юрию Витальевичу Мамлееву в этом смысле повезло: сам он, как и его сподвижники, не довольствовался поверхностным уровнем реальности и всегда стремился за него заглянуть – и так же действовал Эдуард Лукоянов, автор первого критического жизнеописания Мамлеева. Поэтому главный герой «Отца шатунов» предстает перед нами не как памятник самому себе, но как живой человек со всеми своими недостатками, навязчивыми идеями и творческими прорывами, а его странная свита – как общность жутковатых существ, которые, нравится нам это или нет, во многом определили черты и характер современной русской культуры.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Эдуард Лукоянов

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Документальное
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу
Новые боги. Как онлайн-платформы манипулируют нашим выбором и что вернет нам свободу

IT-корпорации успешно конкурируют с государствами в том, что касается управления людьми. Наши данные — новая нефть, и, чтобы эффективно добывать их, IT-гиганты идут на многочисленные ухищрения. Вы не считаете себя зависимым от соцсетей, мессенджеров и видеоплатформ человеком? «Новые боги» откроют глаза на природу ваших отношений с технологиями. Немецкий профессор, психолог Кристиан Монтаг подробно показывает, как интернет стал машиной слежки и манипуляций для корпораций Кремниевой долины и компартии КНР, какие свойства человеческой натуры технологические гиганты используют для контроля над пользователями — и что мы можем сделать, чтобы перестать быть рабами экрана.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Кристиан Монтаг

ОС и Сети, интернет / Обществознание, социология / Психология и психотерапия
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир
Больше денег: что такое Ethereum и как блокчейн меняет мир

В 2013 году девятнадцатилетний программист Виталик Бутерин опубликовал концепцию новой платформы для создания онлайн-сервисов на базе блокчейна. За десять лет Ethereum стал не только второй по популярности криптовалютой, но и основой для целого мира децентрализованных приложений, смарт-контрактов и NFT-искусства. В своих статьях Бутерин размышляет о развитии криптоэкономики и о ключевых идеях, которые за ней стоят, – от особенностей протокола Ethereum до теории игр, финансирования общественных благ и создания автономных сетевых организаций. Как блокчейн-сервисы могут помочь людям добиваться общих целей? Могут ли криптовалюты заменить традиционные финансовые инструменты? Ведут ли они к построению прекрасного нового мира, в котором власть будет принадлежать не правительствам и корпорациям, а людям, объединенным общими ценностями и интересами, или служат источником неравенства и циничных финансовых спекуляций? В этой книге Бутерин предстает увлеченным мыслителем, глубоким социальным теоретиком и активистом, который рассуждает о том, что гораздо больше денег, не боится задавать сложные вопросы и предлагать решения противоречивых проблем.

Виталий Дмитриевич Бутерин

Публицистика
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже