Всем Иран. Парадоксы жизни в автократии под санкциями

А разочарований и обид в отношениях с Россией хватает. Контакты стран начались еще в средневековье, но это не так занимает наследников Древней Персии. Гораздо важнее, что в последние триста лет сначала Россия, а потом и Советский Союз вели по отношению к Ирану экспансионистскую политику, причем не без успеха.

Логика исторического процесса здесь предельно проста. Империи всегда стремятся к экспансии, и тут неважно, иранская или российская. В XVIII–XX веках Россия находилась на подъеме, а Иран – наоборот, поэтому первая давила на второй. Но это если говорить циничным языком реализма. Для обычных людей все эти сюжеты гораздо более личные, особенно для иранцев, прочно укорененных в истории.

– У вас есть такие зеленые леса? – спрашивает меня экскурсовод в субтропическом зеленом Гиляне, прикаспийском регионе на севере Ирана.

– Конечно, у нас такое встречается. В районе Сочи, это на Черном море, много подобных пейзажей. Такие же покрытые зеленью горы.

– А почему тогда вы все время пытались все это у нас захватить?

Гилян – первая в длинной череде исторических травм Ирана, связанных с Россией. Местные жители до сих пор с неудовольствием вспоминают персидский поход казачьего атамана Степана Разина в конце 60‐х годов XVII века: утверждается, что казаки устроили настоящую резню в столице региона, городе Реште.

Следующая обида относится уже к периоду Петра I и его походу в Персию 1722–1723 годов. Российская империя воспользовалась упадком иранской династии Сефевидов и сумела отвоевать у Ирана обширные территории, включая Дербент, Баку и северное побережье Каспия (Мазендеран и все тот же Гилян). Впрочем, пробыли эти земли в составе российского государства недолго. В 1730‐е годы императрица Анна Иоанновна приняла решение сконцентрироваться на турецком направлении, а упомянутые территории вернуть Персии.

С Петром, к слову, связана и легендарная страшилка, своеобразный аналог «Протоколов сионских мудрецов», но про Россию, – так называемое «завещание Петра Великого». Речь о французской подделке начала XIX века, которая якобы содержала наставления российского императора потомкам: как России завоевать мировое господство. Этот «документ» приобрел особенную популярность в Иране в начале XX века, когда Лондон и Санкт-Петербург соперничали за Персию и делили ее на зоны влияния. А позже «завещанием» молва объясняла как действия СССР, так и современную политику Москвы.

Еще более глубокая травма связана с двумя русско-персидскими войнами 1804–1813 и 1826–1828 годов. Обе кампании завершились уверенными победами русского оружия, и Иран навсегда лишился территории современного Азербайджана. Итоги двух войн были закреплены в Гюлистанском и Туркманчайском мирных договорах. Последний даже закрепился в персидском языке в качестве символа унизительного и навязанного мира, который проигравший принимает, потому что у него нет выбора.

Так, в июне 2022 года Абдольнасер Хеммати, глава Центробанка Ирана при президенте Хасане Рухани, рассказывал:

– В конце президентского срока Дональда Трампа, когда его давление на Иран достигло пика, мы столкнулись с дефицитом валюты. Тогда мы договорились с российскими властями предоставить нам кредитную линию для импорта пшеницы и кукурузы. Однако банки России заявили, что процентная ставка в долларах будет 14 % – это было в стиле Туркманчая. И Рухани, и я выступили против.

К началу XX века Россия имела колоссальное влияние в Иране, соперничая за господство в стране с Великобританией. Самой боеспособной частью армии шаха династии Каджаров считалась казачья бригада, которая впоследствии стала дивизией – что-то вроде ЧВК Российской империи, состоявшей на службе персидского государства. Шах Насер ад-Дин в 1870‐е годы, понимая, что Иран в военной сфере отстает от ведущих держав, искал способы реформировать армию. Для этого он договорился с Санкт-Петербургом об отправке военных инструкторов для создания аналогов российских казачьих частей. Боеспособное подразделение создать удалось, но оно оставалось «засланным казачком» – командиры дивизии выполняли приказы Тегерана только при одобрении российской стороны.

В 1908 году это подразделение сыграло ключевую роль в подавлении Конституционной революции в Иране. Казаки расстреляли из пушек первый Меджлис, а руководитель дивизии Владимир Ляхов временно стал военным губернатором Тегерана. В память о тех трагических событиях на площади Бахарестан сегодня стоит огромная пушка – якобы именно с этого места русские казаки вели огонь по первым росткам иранской демократии.