Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества

И это не какой-то литературный прием перевода повествования из прошлого в настоящее. Это вторжение самого времени, когда производились записи и когда перо порой бессильно было передать темпы стремительно развивающегося драматического действия: «Я записываю довольно длинно. Произошло же все за несколько коротких минут. Может быть, и за одну или за две».

Не особенно заботясь о «первородной» неприкосновенности своих фронтовых записей, в целом В. Кочетов стремится сохранить их репортажный характер как заметок, сделанных в ходе или по горячим следам событий, что и придает им особую свежесть и непосредственность в освещении этих событий.

И еще одна существенная черта отличает «Записи военных лет» от мемуарной литературы. Как правило, мемуарист ведет свое повествование о прошлом с позиций человека, уже отошедшего от этого прошлого на значительную временну́ю дистанцию, рассматривает его как бы со стороны. Он волен давать оценки людям, фактам, событиям давних лет с высоты тех позиций и того понимания жизни, которых достиг, приступая к писанию своих воспоминаний. С той же высоты он волен корректировать и свои собственные мысли и чувства, поиски и заблуждения в минувшие времена. Автор «Записей» решительно отверг этот путь вторжения в повествование своего позднейшего «я». Он сознательно избегает соблазна как-то корректировать факты и события, мысли и чувства людей, в том числе и свои, авторские, в духе тех знаний и представлений об Отечественной войне, каких достигли мы к началу 60-х годов, когда шла подготовка «Записей» к печати. Никаких подправок и модернизации, никаких «предвосхищений» и «пророческих» предвидений задним числом, пусть люди и факты той героической эпохи сами говорят за себя — таково правило, которого придерживается автор от начала до конца повествования.

Как результат многолетнего труда, начатого еще в дни войны по живым впечатлениям и продолженного на основе фронтовых блокнотов и собственных газетных корреспонденций того времени, а также личных воспоминаний, «Записи» — произведение, стоящее на «стыках» дневниковой, газетно-очерковой, мемуарной и художественно-повествовательной литературы, слитых воедино, а в целом получилась оригинальная, своеобразная книга, жанр которой не так-то легко определить — явление нередкое в истории русской литературы.

В соответствии с этими особенностями находятся язык и стиль «Записей»: сжатая дневниковая фиксация только что увиденного и пережитого корреспондентом сменяется, скажем, записью беседы с отличившимися в бою воинами, информация о сложившейся ситуации на том или ином участке фронта — авторским экскурсом в историю русского народа, безыскусный рассказ рядового солдата — четким, оперативно-строгим языком командира какого-то соединения, описание очередного боя — зарисовками повседневного военного быта, портретами людей и т. д.

При всей многослойности стилевых потоков язык произведения в основном лаконичен, ясен и прост. Вот характерный образец этого языка: «Вокруг города уже стало тесно: бои приближаются к его окраинам. На приневских равнинах повсюду фронт. На них повсюду копают и строят. Копают рвы, траншеи, ходы сообщения, строят дзоты и мощные доты из железобетона, из несокрушимых броневых плит. С точным расчетом перекрестного огня расставляются орудия, вокруг которых складываются земляные валы».

В. Кочетов последовательно выдерживает изначальный дух и строй своих фронтовых дневников, что еще больше повышает ценность «Записей» как прямых документальных свидетельств очевидца многих событий первого года ожесточенных сражений за Ленинград. Все это вполне правомерно обернулось боевой актуальностью и современностью произведения.

Известно, что, начиная со второй половины 50-х годов, в нашей печати стали появляться статьи, воспоминания, различные «исторические» публикации и «изыскания», наконец, художественные произведения, в которых первый период Отечественной войны изображался как период всеобщей неразберихи, хаоса и растерянности, сплошных неудач и поражений наших армий, будто бы пребывавших в состоянии полной дезорганизации. Игнорируя реальные исторические причины и факторы, сказавшиеся на первом этапе войны, авторы таких сочинений взваливали всю ответственность за наши неудачи на политическое и военное руководство страны, на «бездарное» командование и «неповоротливые» штабы. Они не замечали или не хотели замечать бессмертного подвига Красной Армии, которая уже на том этапе в жестоких оборонительных сражениях сорвала гитлеровские планы «молниеносной» войны, изматывала и обескровливала могущественного врага, ограбившего чуть ли не всю Европу, и тем самым подготавливала условия для грядущих победоносных сражений.