Всё летит к чертям. Автобиография. Part 2

Мы все вышли в коридор. Я завернулся в свое зимнее снаряжение, как мумия; Лу и Лори надели куртки – не такие теплые, как та, что была на мне, но гораздо более стильные.

– Спасибо за чудесный вечер! – сказал я Иман, обнимая ее и целуя.

– Ой, подожди! – вскинулся Дэвид и убежал. Вернулся он, держа в руках стилофон.

– Вот, возьми. – Он протянул мне розовую коробку с изображением танцующих хипстеров 60-х.

Я задохнулся от радости:

– Ты уверен, Дэвид?!

– Я купил на eBay пять штук! – Он прижал розовую коробку к моей груди. – Ты же король дискотеки, вот и возьми его себе!

Я крепко обнял его.

– Спасибо, Дэвид! И еще раз скажу: твоя новая песня прекрасна!

Он смущенно улыбнулся:

– Спасибо, Моби…

В лифте Лу спросил:

– Что он тебе подарил?

– Стилофон. Это такой маленький синтезатор. – Я протянул ему коробку.

Он взял ее, открыл и внимательно изучал инструмент, пока мы шли через вестибюль. Потом взял стилофон в руки, и я включил его. Лори Андерсон и швейцар с удивлением смотрели на нас. Лу провел стилусом по клавишам – раздался характерный тонкий ломаный звук. Лу посмотрел на меня и засмеялся.

Он водил стилусом по крошечным клавишам и улыбался, слушая странную ломаную музыку.

Дариен, Коннектикут(1978)

Я услышал, как один из семиклассников на игровой площадке средней школы Мидлсекс рассказывал, как его старший брат пытался курить наркотик.

– У меня есть такое дома, – сказал я с беззаботностью, которой на самом деле не ощущал.

Я был маленький и бедный и не имел отца. Скотт Деккер, Кит Морган и Найджел Дэйкотт были самыми крутыми семиклассниками во всей школе. Мы учились в одном классе, но я никогда не попадал в их поле зрения.

– Нет, у тебя этого нет, – хмыкнул Скотт.

– Есть! Могу показать – сказал я.

– Ладно, принеси завтра в школу.

Я знал, что мама хранит это в черной лакированной шкатулке, стоявшей на пианино, которое подарила ей бабушка. После школы у меня была пара часов, прежде чем мама придет с работы, так что я взял то, что мне нужно, насыпал в пакет для сэндвича, разбавив для солидности орегано, и отнес Скотту, Киту и Найджелу.

Никто из них до сих пор не имел дело с незаконными веществами. Кит забрал у меня пакет, сказав, что это круто. Но я всего лишь дал им то, что украл у мамы.

* * *

После того, как я доказал ребятам, что могу быть полезен, Кит пригласил меня к себе с ночевкой – с условием, что я принесу еще наркотиков. Его родители уехали из города. Сестра Кита страдала шизофренией, и, когда он навещал ее в Сильвер-Хиллс, местной больнице для богачей с душевными болезнями, она давала ему антипсихотики, которые ей выписывали.

Мы пришли к нему домой.

– Твои родители точно уехали? – спросил я. Мне никогда не доводилось ночевать у друга без его родителей. Я нервничал, но хотел, чтобы Кит думал, что я крутой.

– Они в Северной Каролине! – весело ответил он.

Пока родители Кита были в отъезде, за ним присматривала соседка Вики. Она была красивой блондинкой и училась в старшей школе Дариена. В тот вечер она пригласила в дом Кита кучу своих друзей, ребят постарше нас с Китом, и принесла ящик пива, украденный из родительского гаража.

Вики, Кит и я ждали гостей, сидя у телевизора.

Я хотел тусоваться со старшими и крутыми ребятами. Я желал, чтобы они принимали меня, приглашали к себе домой, катали на своих яхтах, приглашали в клубы, в которые ходили вечерами. Но они были мне не очень-то приятны. Никому из них не нравилось то, что любил я: научная фантастика, животные, «Топ-40 Америки» Кейси Кейсема, Beatles…

В дверь позвонили. Начали собираться друзья Вики.

Мы с Китом мешали коктейль из водки, апельсинового сока, коричневого сахара и безалкогольного напитка «Доктор Пеппер». Коричневый сахар мы выбрали потому, что он казался интереснее, чем белый.

– Вкусно, – сказал я, пробуя коктейль.

От пива и виски, которые мне уже довелось пробовать, меня тошнило. Но сладкие напитки, например шампанское и кремовый мятный ликер, я переносил хорошо, они мне нравились.

Вечер продолжался, появились еще несколько подростков постарше в футболках с надписями Led Zeppelin, Yes и Rolling Stones.

К полуночи у меня в глазах все плыло, и я с трудом мог стоять на ногах. Вики обнималась с одним из своих приятелей из школы. Компания футболистов пила на кухне пиво и слушала Джими Хендрикса[117]. Я подошел к ним, пробормотал: «Я обдолбался!» – и упал.

Я хотел завести друзей, я хотел стать своим для крутых ребят в черных концертных футболках, но сопутствующая им тьма теперь меня пугала.

Мне казалось, что они проникнутся ко мне уважением – за то, что я дошел до такого состояния. Но сквозь алкогольно-наркотический туман до моих ушей долетели слова одного из них: «Если он сейчас такой, что будет лет через пять?»