Когда упоминаем про исцеление, волю к лечению, когда описываем происходящее, всегда делаем акцент: «Вы говорите со мной из головы, а я с вами – от сердца. Вы не решили эту проблему, потому что из головы решали. А вы вообще, как сейчас? Ваш стакан наполовину полон или пуст? Расскажите, чем больны! Ваша болезнь не диагноз из книги». Таким образом, мы обходим статистическую формализацию болезней. Классификация болезней, прежде всего, – это сухая статистика. Шифров много, а причин, почему человек сжался до точки внутри себя, перестал замечать мир и его возможности, еще больше.
Довженко пробуждал сердечный опыт. Артемчук пошел дальше, внедрив в процесс драматическую арку иллюстраций, помогающих расшевелить душу, засомневаться в своих взглядах.
Понятия справедливости и совести – извечный материал для спекуляций. Но если человеку, который мало прислушивался к себе, вдруг становится совестно, можно говорить об ощущении, когда в тебя что-то «попадает», резонирует на всех уровнях (твоя музыка, твой человек). Такие сильные моменты можно обострить в кабинете живыми историями, которые порой воспринимаются библейскими. Нельзя пройти мимо того, кто упал в лужу носом вниз. Все равно его поднимешь, схватишь за капюшон.
Один человек верит в душу и напоминает другому о ее существовании. Второй вспоминает об этом с помощью первого, и мир внутри него переворачивается. Было же время, когда ты был живым? Например, в детстве, когда еще не оброс сорняками убеждений и не засовывал свои чувства куда подальше.
Речь идет о пробуждении воспоминаний из опыта души. Человек женится. Проходит 7–10 лет, а муж только сейчас свою жену заметил и признал детей. Все время работал, жил по инерции, как в полусне. Встречался с друзьями и, чтобы разговор шел веселее, выпивал. Первоочередная задача профи – достучаться до того, что происходит внутри сидящего напротив. Дать шанс почувствовать себя живым не на словах, а на деле.
Никогда не знаешь, как с кем пойдет работа. К завершению первой встречи этот момент проясняется. Сначала же известно только то, что мы закроемся на 5–6 часов – и никуда он от нас не денется и будет вынужден слушать. В какой-то момент мы станем для человека пыткой и будем просто «капать ему на мозг», рассказывая о том, от чего он, может быть, бежит всю сознательную жизнь. Но каждый из нас знает, во имя чего здесь все собрались: он – чтобы бросить пить, мы – чтобы он вернулся в свою жизнь и занимался делами с новым взглядом на мир привычных вещей. Важно вспомнить, что делает мужчину мужчиной, женщину – женщиной, ребенка – чадом своих родителей, а родителя – созидателем.
Осенью 2013-го в харьковском Доме актера состоялась премьера драматурга Александра Юшко. Постановка под названием «Тракторист, сука!» построена на дословных высказываниях (вербасказ) реальных людей, многие из которых зависимы от алкоголя. История происходит в населенном пункте, жители которого ходят на бессмысленную работу и пьют, потому что по-другому не могут. Каждое утро слышат голос, обращенный с большого экрана. Голос зовет их в единственное место работы – МТС, где они разрывают давние могилы и собирают драгоценности усопших. Больше ничего в их жизни нет, как и ничего духовного в этой истории нет. Образ Иисуса в спектакле – женщина, распятая на металлической трубе, разговаривающая с представителями общества потребления. Действующие персонажи – на определенном уровне дна. Люди, приходящие к нам, тоже находятся на определенном уровне, причем уровень этот не связан с социальной ролью (должность и количество денег не имеет значения).