Взрослых не бывает и другие вещи, которые я смогла понять только после сорока

Честно говоря, я в то время не была сильно занята. Я писала книгу о воспитании детей, но на каком-то этапе застряла и понятия не имела, как преодолеть этот затык.

В принципе мы решили попробовать. Но затея была настолько экзотичной, что на несколько недель она так и осталась чистой теорией. Время от времени я называла имя одной из своих подруг.

– Она подойдет? – спрашивала я Саймона.

– Бесспорно, – каждый раз отвечал он. Получалось, что все наши знакомые женщины – мои подруги, жены практически всех наших друзей, включая беременных, – потенциально годились для осуществления нашего замысла. Саймон не слишком капризничал, чтобы не снижать шансы на успех.

Но это было не так уж важно, потому что поначалу я никак не могла осмелиться заговорить об этом хоть с кем-нибудь из знакомых. Никаким опытом я не обладала, но почему-то была уверена, что втягивать в это дело близких друзей не стоит: слишком велика вероятность, что это создаст неловкость в наших последующих отношениях. К тому же я не хотела, чтобы между мной и Саймоном появился кто-то третий. Мне представлялось, что это должен быть разовый опыт.

В любом случае я не видела подходящей кандидатуры среди своих подруг. Гетеросексуальные женщины нечасто обсуждают друг с другом свои лесбийские фантазии. Я не знала, кого эта идея могла бы заинтересовать, а у кого вызвала бы отвращение.

В конце концов мы собрались поговорить об этом за бранчем с друзьями Саймона, которые приехали навестить нас из Лондона. Одна из них – незамужняя британская сотрудница банка, приближавшаяся к сорокалетию, – скорчила недовольную мину и не произнесла ни слова.

– Похоже, ты в ужасе, – сказала я.

– Да, – покраснев, ответила она. – По-моему, это нечто невообразимое.

Вскоре после этой встречи я получила письмо от знакомой редакторши нью-йоркского женского журнала. Ей не хватало колонки для очередного номера, и она спросила, нет ли у меня каких-нибудь ценных идей.

Как и многие фрилансеры, я не привыкла, чтобы меня просили что-нибудь написать. Я тут же ей ответила и изложила три идеи: как заводить друзей в Париже; как справиться с ремонтом на кухне; как подарить мужу на день рождения секс втроем. Мне и в голову не могло прийти, что последний в этом списке пункт способен кого-то заинтересовать.

Она ответила мне немедленно. Она выбрала третий вариант и требовала подробностей, в том числе спрашивала, нашла ли я вторую женщину. Очень скоро я получила договор, согласно которому должна была написать статью на 2800 слов под заголовком: «Сороковой день рождения: втроем в постели». По моему желанию журнал проявил готовность опубликовать статью под псевдонимом.

Если честно, я и так планировала секс втроем, но после подписания договора поняла, что отступать некуда. Мне платили за объем, и, если бы в статье было мало секса, мне дали бы меньше места на журнальных страницах.

Меня волновало не столько то, получу ли я деньги за секс, сколько то, будет ли у меня секс вообще. Выяснилось, что женщин, мечтающих переспать с супружеской парой на пороге сорокалетия, не так уж много. Поиск через интернет мы с Саймоном отмели сразу, понимая, что это почти полная гарантия подхватить венерическое заболевание.

Мы решили, что идеальной третьей партнершей должна стать наша сексапильная, но не слишком близкая знакомая. С ней мы ничем не рискуем (всем известно, что у знакомых не бывает герпеса), а с другой стороны, после всего не обязаны с ней общаться. И кандидатка появилась. Американка, приятельница моего друга, с которой я встречалась в гостях. По стечению обстоятельств мы столкнулись с ней на концерте – она сидела за нами с каким-то мужчиной. Я впервые обратила внимание на то, что она достаточно привлекательна. Высокая, стройная, с осиной талией. Я почти не сомневалась, что ей хватит смелости принять участие в нашей затее.

– Как насчет ее? – шепнула я мужу, когда заиграла музыка.

– Да! – воскликнул он чуть громче необходимого.

После концерта мы вчетвером остановились поболтать. Я во все глаза смотрела на эту женщину. Узнала, что ее зовут Эмма, и делала вид, что мне чрезвычайно интересно выслушать ее мнение об исполнителе. Я пригласила ее пообедать со мной. Она выглядела польщенной. Несколько дней спустя я принарядилась и отправилась на встречу в тайский ресторанчик. Я не без удовольствия убедилась, что она тоже постаралась приодеться. Догадалась ли она, что это свидание?

Обычно я настолько озабочена тем, что думают обо мне другие, что обращаю мало внимания на собеседников: он или она будет у меня на глазах истекать кровью, а я этого даже не замечу. Но только не в той ситуации. За супом я слушала Эмму и мгновенно поняла то, что в других обстоятельствах заняло бы у меня годы. Под ее внешней бойкостью скрывалась неуверенность в себе. О чем бы она ни говорила, постоянно возвращалась к одной и той же теме: мужчинам, которые вели себя с ней недостойно. Тем не менее она не находила в себе сил их бросить. Я приняла ее высокий рост за высокомерие.