Читаем Взрослых не бывает и другие вещи, которые я смогла понять только после сорока полностью

Вивиен Клейтон пришла к выводу, что, чем старше человек, тем меньше он склонен ассоциировать мудрость с возрастом и все больше – с пониманием и эмпатией. «В каждом возрасте, включая детство, есть своя мудрость», – сказала она мне, повторив мысль древнеримского писателя Публия Сира, который говорил: «Источник мудрости – это яркий ум, а не длина лет».

Тем не менее, хотя мудрость не наступает автоматически с возрастом, «с годами человек может стать мудрее», – замечает Ардельт. Чтобы стать мудрым, добавляет она, требуется «мотивация, решимость, способность к самопознанию и рефлексии, а также открытость к любому опыту и готовность работать над собой».

Проводя тесты на установление индивидуальных признаков мудрости, исследователи обнаружили, что у многих людей эти показатели к середине жизни улучшаются. 40–50-летние настроены более позитивно, чем молодежь. Они лучше контролируют свои эмоции, меньше зациклены на себе и точнее определяют чужие настроения. Возможно, как следствие всего этого, их суждения о социальных конфликтах более справедливы.

У людей в середине жизни больше того, что ученые называют «кристаллизовавшимся интеллектом», например способности делать выводы, выносить оценки на основе личного опыта и применять имеющиеся знания в новых ситуациях.

Это чем-то напоминает мои мысленные шпаргалки. Пусть они представляют собой всего один элемент мудрости, но я согласна и на это. Нам, людям чуть за 40, эти шпаргалки пригодились бы и раньше, но они, бесспорно, необходимы нам сейчас. Они появились именно в тот момент, когда мы вынуждены жонглировать воспитанием детей, уходом за пожилыми родителями и плотным графиком работы. У нас никогда не было больше ответственности и меньше свободного времени.

Плюс к нам все чаще обращаются с просьбой принять решение и дать совет. Одна подруга рассказала мне, что муж признался ей, что переспал с несколькими другими женщинами. Она решила, что их браку пришел конец.

Я так не считала. У меня в голове выскочила шпаргалка с примерами супружеских пар, которые смогли удержаться на краю пропасти. Я сказала ей, что иногда самые драматичные события становятся частью романтической истории, а не обязательно ее концом. Я старалась убедить ее не принимать импульсивного решения с необратимыми последствиями.

Возможно, это был очень плохой совет. Я по-прежнему далека от мудрости и вижу только часть картины. Но все же я понимаю немного больше, чем раньше, и это прогресс. Я не собираюсь от него отказываться. Мои шпаргалки сделали меня более счастливой. Они как минимум начало того, чего я хотела, когда росла: иметь больше знаний, меньше сожалений и лучше разбираться в том, что происходит вокруг.


Покинув Колумбийский университет, Вивиен Клейтон перебралась в Калифорнию и получила квалификацию нейропсихолога-гериатра. Она открыла частную практику. Она консультирует пожилых пациентов и определяет, способны ли они самостоятельно принимать юридические решения. Она подходит к проблеме принятия решений с новой точки зрения, отталкивающейся от реальной жизни.

Клейтон издалека наблюдала за становлением новой ветви психологии, связанной с изучением мудрости, рождение которой дала она сама. Она с легкостью перечисляет центры исследования мудрости в нескольких университетах. Но почти 40 лет спустя Клейтон по-прежнему уверена, что правильно поступила, покинув Нью-Йорк.

«Я никогда не оглядывалась назад, – сказала она мне. – Я делала то, что считала важным, а когда настало время отойти, я отошла. Я просто знала, что должна так поступить».

Вы знаете, что вам 40 с небольшим, если:

• Вам известно, что все старики отличаются мудростью.

• Вы по-прежнему обращаетесь к старшим за советом, надеясь, что они знают больше, чем вы.

• Вы видите в людях их хорошие и плохие качества и знаете, что человек, сведущий в одной области, может быть нулем в другой. Вы видели «умных идиотов» и «обаятельных разбойников».

• Вы способны испытывать симпатию к человеку, даже зная о его недостатках.

• Вы понимаете, что все это время двигались со скоростью своего поколения, даже если долго не имели понятия, какова эта скорость.

16

Как давать советы

Через несколько недель после того, как мне исполнилось 45, я получила по электронной почте письмо от декана Американской школы живописи и дизайна, находящейся в Париже. Она приглашала меня выступить на выпускной церемонии.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Бирон
Бирон

Эрнст Иоганн Бирон — знаковая фигура российской истории XVIII столетия. Имя удачливого придворного неразрывно связано с царствованием императрицы Анны Иоанновны, нередко называемым «бироновщиной» — настолько необъятной казалась потомкам власть фаворита царицы. Но так ли было на самом деле? Много или мало было в России «немцев» при Анне Иоанновне? Какое место занимал среди них Бирон и в чем состояла роль фаворита в системе управления самодержавной монархии?Ответам на эти вопросы посвящена эта книга. Известный историк Игорь Курукин на основании сохранившихся документов попытался восстановить реальную биографию бедного курляндского дворянина, сумевшего сделаться важной политической фигурой, пережить опалу и ссылку и дважды стать владетельным герцогом.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / Документальное