Загадка «Пурпурного императора». Загадка ледяного пламени

Прибытие Доллопса вызвало пересуды среди слуг в особняке. Недавно нанятые горничные обратили на него внимание из-за его молодости и плохих манер. К тому же гостей мистера Найджела они представляли себе несколько иначе. Только Боркинс постарался остаться в стороне. Доллопс из-за необычного цвета волос и акцента кокни, от которого Клик пытался его отучить, но безуспешно, выглядел еще более вульгарно, чем Джеймс Коллинз. От его резкого голоса окружающие чувствовали дискомфорт. Со стороны могло показаться, что неким волшебным образом в «Башни…» вернулся Джеймс Коллинз, перевоплотившись в этого невоспитанного мальчишку, если не принимать во внимание, что речь его была все-таки лучше, чем у денщика: во всяком случае, он выговаривал все буквы.

Ощущая себя настоящим профи, Доллопс немедленно принялся за работу.

– Уф, тут всегда ужинают так поздно, господин Боркинс? – с сомнением поинтересовался он, когда вместе с остальными слугами сел за стол.

Затем он с удовольствием съел хлеб с маслом и рыбной пастой – с аппетитом у него было все в порядке, а вот воспитанности явно недоставало. Боркинс фыркнул.

– Вы еще не родились, а я уже поддерживал порядок в этом доме, – едко объявил он.

– А не врете, Мафусаил[17] вы наш? – Доллопс хихикнул, увидев, как вытянулось лицо дворецкого. – Вот бы мне прожить столько же! Должно быть, вы вели праведный образ жизни, и, если не возражаете, я хотел бы задать вам один вопрос. По дороге сюда я уже задавал его какому-то деревенскому парню, но он насупился и промолчал. Почему эти огоньки назвали «ледяным пламенем», а не «сосульками» и не «морозом»? Можете рассказать мне обо всем этом подробнее? Все, что касается сверхъестественных явлений, меня очень волнует, просто распирает от любопытства. Я с детства обожаю слушать про всяких оборотней и колдовство.

И он через стол бросил на старика многозначительный взгляд. Боркинс прочистил горло, поскольку все, кто собрался в столовой для слуг, уставились на него, а потом, словно осознав всю важность своего положения, надулся, как петух, так что его жилетка с медными пуговицами выгнулась колесом.

– Если бы вы были немного умнее, чем выглядите, молодой человек, вы бы быстренько уехали отсюда и не пытались совать свой нос в чужие дела! – напыщенно объявил он. – Да, существует история, причем довольно неприятная. Если вы не будете терять времени даром и сегодня вечером, когда окончательно стемнеет, а господа разойдутся, подниметесь в курительную комнату, то сами увидите ледяное пламя и больше не станете задавать мне глупые вопросы. Так вот, один из служивших в этом доме раньше, тоже из Лондона, исчез, отправившись прогуляться ночью по болотам, хотя я предупреждал его. А тело его так и не нашли, и больше никто никогда его не видел.

– Продолжайте! – Голос Доллопса, казалось, звенел от переполнявшего его недоверия, хотя в нем звучали нотки испуга и неподдельного интереса, которые, без сомнения, польстили дворецкому.

– И продолжу, поскольку я знаю всю эту интригу, – мрачно ответил Боркинс. – А до того друг сэра Найджела – огромный здоровый парень, звали его Дакр Уинн – пошел той же дорогой. Он тогда изрядно перебрал. Сначала со смехом обсуждал этот огонь, а потом поздно вечером вызвался самостоятельно исследовать болота – и не вернулся. До сих пор найти не могут.

– Вот это да! Удивительно! Неужели прогулки на свежем воздухе в ночное время так плохо влияют на здоровье? – отозвался Доллопс с небольшой дрожью в голосе – дрожью страха, который он так реально изображал. – Искренне благодарю вас за предупреждение. Вы и в самом деле очень мудрый человек.

Боркинс, вновь услышав льстивую похвалу, стал важничать еще больше.

– Не берусь утверждать, что все кокни точно такие же, как тот самый Коллинз, – великодушно заметил дворецкий. – Люди все совершенно разные. Поэтому, если вас интересует все, что связано с этим ледяным пламенем, то вы должны подождать какое-то время, пока я не освобожусь; мы прогуляемся до «Свиньи и свистка». Там есть один парень, и вам нужно бы перекинуться с ним словцом-другим. Конечно, и я могу что-то рассказать, но лучше будет, если это сделает он. В общем, подождите, пока я закончу работу, и пройдемся.

Самодовольное лицо Доллопса расплылось в восхищенной усмешке.

Потом он, помогая инспектору Клику распаковать вещи и переодеться к обеду, сообщил о предложении дворецкого Боркинса наведаться в «Свинью и свисток», чтобы побеседовать «с одним парнем».