Замогильные записки Пикквикского клуба

Озадаченный этимъ черезъ чуръ поспшнымъ и безцеремоннымъ распоряженіемъ, сдланнымъ относительно его собственной особы, м-ръ Пикквикъ пошелъ назадъ въ тюрьму, обдумывая возможно лучшій планъ для будущаго образа своихъ дйствій. Убжденный, однакожъ, въ необходимости поговорить напередъ и познакомиться съ своими будущими товарищами, онъ поспшилъ взобраться на лстницу третьяго этажа.

Нсколько минутъ бродилъ онъ по темной галлере, стараясь разобрать номера на дверяхъ, и, наконецъ, принужденъ былъ обратиться къ мальчику изъ буфета, который былъ занятъ чисткой оловянной кружки.

— Не можете-ли сказать мн, мой милый, гд тутъ двадцать седьмой номеръ? — спросилъ м-ръ Пикквикъ.

— Пройдите еще пять дверей, — отвчалъ мальчикъ, — увидите по лвой рук, прямо въ дверяхъ, портретъ джентльмена съ трубкой во рту: это и есть двадцать седьмой номеръ.

Соображаясь съ этимъ указаніемъ, м-ръ Пикквикъ сдлалъ еще нсколько шаговъ и замтилъ, наконецъ, начерченный мломъ портретъ вышеозначеннаго джентльмена, котораго онъ прямо ударилъ по лицу щиколками своихъ пальцевъ сперва тихонько, a потомъ нсколько погромче. Повторивъ этотъ процессъ нсколько разъ безъ всякаго успха, онъ слегка пріотворилъ дверь и заглянулъ.

Въ комнат былъ всего одинъ только джентльменъ, да и тотъ, казалось, не хотлъ обратить ни малйшаго вниманія на то, что могло произойти вокругъ него. Онъ высунулся изъ окна такимъ образомъ, чтобы не потерять равновсія, и съ большимъ усердіемъ старался плюнуть на центральный пунктъ шляпы одного изъ пріятелей, гулявшихъ внизу во двор. Напрасно м-ръ Пикквикъ откашливался, чихалъ, сморкался и пробовалъ говорить: джентльменъ, углубленный въ свое интересное и многотрудное занятіе, ничего не видлъ и не слышалъ. Наконецъ, посл нкотораго колебанія, м-ръ Пикквикъ подошелъ къ окну и легонько дернулъ его за фалды фрака. Незнакомецъ быстро выставилъ свои голову, руки и плечи и, озирая м-ра Пикквика съ нотъ до головы, спросилъ его довольно угрюмымъ тономъ, какого дьявола ему надобно здсь.

— Мн кажется, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, взглянувъ на свой билетъ, мн кажется, это долженъ быть двадцать седьмой номеръ въ третьемъ этаж.

— Ну?

— Я пришелъ сюда вслдствіе вотъ этой бумаги, которую мн вручили въ контор этого заведенія.

— Подайте ее сюда.

М-ръ Пикквикъ повиновался.

— Рокеръ, чортъ бы его побралъ, могъ бы, я думаю, отправить васъ къ другой артели, сказалъ м-ръ Симпсонъ (то былъ онъ, прежній конокрадъ и теперешній мошенникъ), посл кратковременной паузы, въ продолженіе которой лицо его приняло самое пасмурное и угрюмое выраженіе.

М-ръ Пикквикъ былъ собственно такихъ же мыслей; но изъ учтивости не сказалъ ничего.

М-ръ Симпсонъ погрузился на нсколько минутъ въ глубокое раздумье и потомъ, выставивъ опять свою голову изъ окна, испустилъ пронзительный свистъ, сопровождавшійся громкимъ произнесеніемъ какого-то слова. Какой смыслъ заключался въ этомъ слов, м-ръ Пикквикъ не могъ догадаться съ перваго раза; вскор однакожъ оказалось, что это было, по всей вроятности, прозвище м-ра Мартына, потому что вслдъ за свистомъ раздавались на двор многочисленные голоса, кричавшіе: "мясникъ! мясникъ!" такимъ тономъ, какимъ обыкновенно этотъ промышленный классъ людей возвщаетъ о своемъ приближеніи поварамъ и кухаркамъ.

Послдующія событія оправдали справедливость догадки м-ра Пикквика. Черезъ нсколько секундъ, задыхаясь отъ ускоренныхъ движеній, вбжалъ въ комнату широкій и плечистый, растолствшій не по лтамъ джентльменъ въ синемъ китайчатомъ камзол и жокейскихъ сапогахъ съ длинными голенищами и круглыми носками. По пятамъ его слдовалъ другой джентльменъ въ истасканномъ черномъ сюртук и тюленьей фуражк. Пуговицы сюртука его были застегнуты отъ первой до послдней, и заплывшее жиромъ багряно-красное лицо его обличало въ немъ любителя джина, какимъ онъ и былъ дйствительно.

Оба джентльмена, каждый въ свою очередь, прочитали билетъ м-ра Пикквика, и одинъ изъ нихъ отозвался, что это была «штука», другой выразилъ положительное убжденіе, что тутъ должна быть «закорючка». Выразивъ чувствованія такими энергическими и совершенно удобопонятными терминами, джентльмены искоса перемигнулись между собою и потомъ устремили пытливые взоры на почтенную фигуру м-ра Пикквика.

— И какъ нарочно въ такую пору, когда пріобрли мы эти превосходныя постели! — сказалъ докторъ кувыркательной профессіи, обозрвая три грязные матраца въ углу комнаты, гд подл нихъ стояли разбитая умывальница, ведро, тазъ и разбитое блюдечко съ желтымъ мыломъ. — Пренепріятная исторія.

М-ръ Мартынъ выразилъ такое же точно мнніе въ сильнйшихъ выраженіяхъ. М-ръ Симпсонъ присовокупилъ нсколько дополнительныхъ замчаній насчетъ безсовстности и жестокосердія тюремныхъ стражей и потомъ, засучивъ рукава, началъ промывать зелень къ обду.