Замогильные записки Пикквикского клуба

— Нтъ, нтъ, нтъ! — закричалъ бдный юноша, становясь на колни, когда господинъ схватилъ его за шиворотъ. — Я не пьянъ.

— Ну, стало быть, ты съ ума сошелъ, это еще хуже, — сказалъ старый джентльменъ. — Зовите людей!

— О, я не сошелъ съ ума, ей-Богу! — заголосилъ жирный парень, начиная плакать.

— Въ такомъ случа, зачмъ же ты ущипнулъ м-ра Пикквика?

— М-ръ Пикквикъ не хотлъ смотрть на меня: мн надо было поговорить съ нимъ.

— О чемъ, о чемъ? — спросили вдругъ двнадцать голосовъ.

Жирный дтина вздохнулъ, взглянулъ на дверь спальни, вздохнулъ опять и вытеръ дв слезы щиколками своихъ пальцевъ.

— Что-жъ ты хотлъ сказать м-ру Пикквику? — закричалъ Уардль, продолжая трясти его за воротъ.

— Постойте, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, — я допрошу его самъ. Ну, любезнйшій, скажите теперь что вы намрены были сообщить мн?

— Мн надо шепнуть вамъ на ухо, — отвчалъ жирный дтина.

— Скажите, пожалуйста! Бездльникъ хочетъ откусить ухо м-ру Пикквику! — закричалъ Уардль. — Не подходи къ нему. Эй, кто-нибудь! Позвоните, ради Бога!

Но лишь только м-ръ Винкелъ ухватился за сонетку, общее изумленіе, близкое къ остолбеннію, отразилось на всхъ лицахъ: плнный любовникъ, сгаравшій отъ стыда, внезапно вышелъ изъ спальни и началъ на вс стороны длать низкіе поклоны.

— Ба! — закричалъ Уардль, высвободивъ жирнаго парня и отступивъ на нсколько шаговъ назадъ. — Это что значить?

— Я укрывался въ другой комнат, сэръ, съ той поры, какъ вы пришли, — отвчалъ молодой джентльменъ.

— Эмилія, другъ мой! — сказалъ старый джентльменъ тономъ горькаго упрека. — Я гнушаюсь всякаго обмана и презираю эту низость. Это неизвинительно и неделикатно въ высшей степени. Того-ли я заслужилъ отъ тебя, дитя мое?

— Ахъ, папа, милый папа! — воскликнула встревоженная Эмилія. — Арабелла знаетъ, вс здсь знаютъ, Джой тоже знаетъ, что я не принимала въ этомъ никакого участія съ своей стороны и совсмъ не знаю, какъ это случилось. Августъ, объяснись, Бога ради!

М-ръ Снодграсъ, выжидавшій только случая быть выслушаннымъ, объяснилъ обстоятельно и подробно, какими судьбами онъ очутился въ такомъ невыгодномъ положеніи передъ лицомъ всхъ присутствующихъ леди и джентльменовъ. Опасеніе подать поводъ къ семейному раздору внушило ему мысль укрыться отъ м-ра Уардля при его вход, и онъ принужденъ былъ удалиться въ его спальню, надясь пройти въ коридоръ черезъ другую дверь. Положеніе сдлалось крайне затруднительнымъ; но м-ръ Снодграсъ былъ даже радъ въ настоящую минуту, что все это случилось такъ, a не иначе. Пользуясь этимъ благопріятнымъ случаемъ, онъ выразилъ торжественное признаніе предъ всми своими друзьями, что обожаетъ издавна прекрасную дочь м-ра Уардля, которая въ свою очередь — онъ съ гордостью объявляетъ объ этомъ — искренно раздляетъ его чувства. Пусть судьба занесетъ его на тотъ край свта, и ревущія волны океана поставятъ между ними несокрушимую преграду, — онъ, м-ръ Снодграсъ, никогда не забудетъ о тхъ счастливыхъ дняхъ, когда впервые — и проч., и проч.

Объяснившись такимъ образомъ, молодой джентльменъ поклонился опять всей компаніи, заглянулъ въ тулью своей шляпы и пошелъ къ дверямъ.

— Остановитесь! — закричалъ Уардль.

М-ръ Снодграсъ остановился.

— Спрашиваю васъ, сэръ, во имя здраваго смысла, отчего вы не сказали мн всего этого при самомъ начал?

— Или почему бы мн не открыть этой тайны? — добавилъ м-ръ Пикквикъ.

— Полноте, полноте! — сказала Арабелла, принимая на себя роль адвоката влюбленной четы. — Къ чему спрашивать объ этомъ теперь, особенно вамъ, м-ръ Уардль, когда вы прямо объявили, что хотите имть своимъ зятемъ богатйшаго джентльмена, и когда вс боялись васъ, какъ огня, кром только меня одной? Подойдите-ка лучше къ м-ру Снодграсу, поцлуйтесь съ нимъ и прикажите подать ему обдъ, потому что, какъ видите, онъ умираетъ отъ голода. И ужъ, кстати, велите подать вина, потому что вы просто несносны, если не выпьете по крайней мр двухъ бутылокъ.

Достойный старый джентльменъ потрепалъ Арабеллу по щек, поцловалъ ее очень нжно и еще нжне поцловалъ свою собственную дочь.

— Вина, самаго лучшаго вина! — закричалъ старый джентльменъ, дернувъ за сонетку.

Вино принесено, и вмст съ виномъ явился Перкеръ. М-ръ Снодграсъ пообдалъ за особымъ столикомъ и посл обда придвинулъ свой стулъ къ миссъ Эмиліи, безъ малйшаго сопротивленія со стороны стараго джентльмена.

Вечеръ вышелъ превосходный. М-ръ Перкеръ острилъ, любезничалъ, подшучивалъ и веселился на славу, разсказывалъ безъ умолку многіе интересные анекдоты и проплъ одну комическую псню. Арабелла была очаровательна, м-ръ Уардль забавенъ, какъ нельзя больше, м-ръ Пикквикъ плнителенъ до неимоврной степени. Любовники молчали, м-ръ Винкель ораторствовалъ, Бенъ Алленъ ревлъ во все горло, и вс были счастливы.

Глава LIV. Мистеръ Соломонъ Пелль, при содйствіи почтенныхъ представителей кучерскаго искусства, устраиваетъ дла м-ра Уэллера старшаго