Замогильные записки Пикквикского клуба

— М-ръ Пелль, — сказалъ м-ръ Уэллеръ, приподнимая свой стаканъ съ грогомъ. — Вы мастерски сварганили мое дло, вамъ я обязанъ, что оно не застряло на дорог…

— Слушайте! Слушайте! — прокричалъ Самуэль.

— Да, вы ловко смастерили его, и, въ благодарность за ваши хлопоты, я предлагаю выпить за ваше здоровье.

— Стойте! Стойте на минутку! — закричалъ пестролицый джентльменъ съ изумительной энергіей. — Глядите на меня, джентльмены.

И, говоря это, пестролицый джентльменъ поднялся на своемъ мст. Вс прочіе послдовали его примру. Сперва онъ внимательно посмотрлъ на каждаго изъ своихъ товарищей, потомъ медленно поднялъ свою руку, и каждый джентльменъ также медленно поднесъ свой стаканъ къ губамъ. Черезъ минуту корифей опустилъ руку, то же сдлали прочіе и поставили на столъ совершенно пустые стаканы. Невозможно описать потрясающій эффектъ этой церемоніи. Въ одно и то же время простая, поражающая и полная достоинства, она заключала въ себ вс элементы величія.

Растроганный м-ръ Пелль благодарилъ своихъ друзей слдующею превосходной рчью:

— Общія хлопоты наши окончены, милостивые государи, и я очень радъ, что могу изъявить вамъ торжественную благодарность за лестную довренность, которою вы почтили меня въ этомъ дл. Скажу безъ гордости и лести, что я здсь, какъ и во всхъ случаяхъ, дйствую по утонченнымъ правиламъ юридическаго искусства. Если бы вы обратились къ какому-нибудь низшему сочлену изъ моей профессіи, я убжденъ искренно и глубоко, что вамъ никогда бы не выкарабкаться изъ трущобы крючкотворныхъ кляузъ и сплетней. Это самое могъ бы, конечно, подтвердить вамъ благородный другъ мой, лордъ-канцлеръ, если бы только былъ онъ живъ. Прошу покорнйше не забывать меня и впередъ, милостивые государи. Я обыкновенно присутствую въ Коммерческомъ Суд съ утра до вечера или забгаю по временамъ въ этотъ самый трактиръ. Вотъ мой адресъ. Юридическое мое ходатайство всегда обойдется очень дешево, и никто, конечно, не будетъ столько заботиться о своемъ кліент, какъ я, милостивые государи, что вы знаете теперь по собственному опыту. Можете смло рекомендовать меня всмъ вашимъ пріятелямъ, и они въ свою очередь будутъ вамъ очень благодарны, какъ скоро узнаютъ меня покороче. Этотъ кубокъ, милостивые государи, имю честь пить за ваше общее здоровье.

Выразивъ такимъ образомъ свои чувства, м-ръ Соломонъ Пелль вручилъ визитныя карточки друзьямъ м-ра Уэллера и, посмотрвъ на часы, заявилъ опасеніе, что какъ бы не опоздать. Понявъ намекъ, м-ръ Уэллеръ заплатилъ за съденное и выпитое, и потомъ вс шестеро отправились въ Сити.

Маклерская контора Вилькинса Флэшера, эсквайра, находилась въ первомъ этаж во двор, сзади англійскаго банка; клеркъ м-ра Флэшера, эсквайра, ушелъ обдать, и самъ м-ръ Флэшеръ закричалъ: "войдите!", когда Пелль и его спутники постучались y двери конторы.

— Здравствуйте, сэръ, — сказалъ м-ръ Пелль, почтительно кланяясь. — Намъ нужно бы получить завщанныя деньги изъ Банка.

— Милости прошу, входите, — отвчалъ Флэшеръ. — Садитесь пожалуйста, я попрошу васъ подождать минутъ десять.

— Намъ не къ спху, — отвтилъ Пелль. — Вотъ вамъ стулъ, м-ръ Уэллеръ.

М-ръ Уэллеръ взялъ стулъ, Самуэль услся на какомъ-то ящик, прочіе друзья на чемъ попало, и стали разсматривать календарь и еще какія-то дв бумаги, прибитыя на стн, съ такимъ вниманіемъ, какъ будто это были картины великихъ мастеровъ.

— Ну-съ, такъ держимте пари на полдюжины бордосскаго вина, — сказалъ м-ръ Флэшеръ, эсквайръ, возобновляя разговоръ, прерванный приходомъ м-ра Пелля и его товарищей.

Собесдникомъ м-ра Флэшера былъ весьма элегантный молодой человкъ, какъ видно, очень занятый своей наружностью. Въ ту минуту, какъ входила въ контору компанія м-ра Уэллера, элегантный джентльменъ предавался невинному занятію: ловл и истребленію мухъ. На обоихъ джентльменахъ были очень открытые жилеты, очень тсные сапоги, очень большія кольца, очень маленькіе часики, несоразмрно толстыя часовыя цпи, чрезвычайно симметричные панталоны и сильно надушенные платки.

— Я не хочу держать на полдюжины. На дюжину, пожалуй, — отвчалъ элегантный джентльменъ.

— Идетъ, Симмери, идетъ!

— Самаго лучшаго качества.

— Натурально, — отвтилъ Вилькинсъ Флэшеръ, эсквайръ, и записалъ пари въ своей записной книжк карандашомъ, вправленнымъ въ золотой рейсфедеръ. М-ръ Симмери сдлалъ то же самое.

— Сегодня я прочелъ объявленіе, — сказалъ м-ръ Симмери, — домъ Бэфера назначенъ въ продажу съ аукціона. Бдняга! Мн жаль его.

— Держу пари десять гиней противъ пяти, что онъ перержетъ себ горло.

— Принимаю.

— Постойте! Я подумаю, — сказалъ м-ръ Флэшеръ съ серьезной миной. — Онъ, можетъ быть, повсится.

— Отлично! — отвчалъ м-ръ Симмери, вынимая свой золотой рейсфедеръ. — Согласенъ и на это. Скажемъ просто, что онъ лишится жизни.

— Лишится жизни самоубійствомъ.

— Превосходно, Флэшеръ, десять гиней противъ пяти; Бэферъ лишится жизни самоубійствомъ. На сколько времени идетъ пари.

— На дв недли.

— О, нтъ! — возразилъ м-ръ Симмери, пріостанавливаясь на минуту, чтобы убить муху. — Лучше на недлю.

— На десять дней.

— Пусть будетъ по вашему: идетъ, десять дней.