Занимательная история Церкви

Папа Иоанн забросал Игантия письмами, требуя немедленно отозвать из Болгарии греческих епископов. В третьем письме он принял угрожающий тон. «Уже дважды я письмами увещевал тебя, чтобы ты довольствовался Константинопольским диоцезом, который дан тебе в силу авторитета Римской кафедры, и пределов этого диоцеза не должна преступать нога твоя». Но Игнатий, продолжал он, заплатил неблагодарностью своей благодетельнице, Римской церкви, «со своим серпом вторгся на ниву другого, присвоил себе древнюю Римскую епархию в стране Болгарской. Уже за это ты вполне заслужил лишения церковного общения, но ради снисхождения мы в третий раз обращаемся к тебе письменно и увещеваем тебя». Иоанн потребовал, чтобы все присланные Игнатием в Болгарию епископы и их помощники были в тридцатидневный срок возвращены в Константинополь. «Если же в течение тридцати дней все, посвященные тобой или твоими епископами, не покинут страны и ты не откажешься от власти над страной, то спустя два месяца, начиная с получения этого письма, ты будешь отлучен от Евхаристии и будешь оставаться в таком положении столько времени, пока наконец не послушаешься наших декретов. Но если же, несмотря и на это, пребудешь упоре и непокорлив, не сделаешь требуемого, то, по суду апостольского авторитета нашего, лишишься своего патриархата и общения нашей любви и потеряешь все права священства».

Возвращение Фотия

Фотий в это время находился в ссылке, страдая от одиночества и отсутствия книг, которые отняли у него суровые тюремщики. Он писал, что теперь его жизнь хуже смерти и что он предпочел бы умереть. Несмотря на это, он ввел обширную переписку с верными ему епископами, из которых ни один — историки отмечают это как удивительный и редкий факт, — не отрекся от него и не перешел к Игнатию.

Василий тем временем пришел к убеждению, что интересы империи больше не связаны с Римом и что Рим — противник и соперник, а не союзник. Он поссорился с франкским королем Людовиком Вторым, который присвоил себе титул «римского императора», и был разочарован папой Иоанном, не обращавшим внимания на проблемы восточной церкви и озабоченным только выгодой римской кафедры и возвращением Болгарии. Разлад в Церкви и упорство и стойкость фотиан заставили Василия вернуть Фотия из ссылки. Басилевс поселил его в Мангаврском дворце и сделал учителем своих детей. Реабилитированный Фотий быстро освоился в столице, основал новую школу, стал собирать библиотеку и писать научные труды. Патриарх Игнатий, тогда уже восьмидесятилетний старец, явился к Фотию во дворец, где, по рассказу Фотия, они «пали друг другу в ноги и взаимно просили прощения». Позже Фотий часто навещал больного Игнатия, который, наконец, благочестиво скончался с молитвой на устах. Через три дня после его смерти Фотий снова стал патриархом Константинополя.

Восьмой Вселенский

В 879 году в Константинополе был созван многочисленный собор (многими отцами Церкви называемый Восьмым Вселенским), на котором присутствовало 383 епископа, включая римских легатов. Папа Иоанн Восьмой, лично знавший Фотия и имевший о нем хорошее мнение, через послов объявил на соборе об отмене всех прежних папских определений о Фотии: «Достопочтеннейшего Фотия мы признаем в патриаршем достоинстве и объявляем ему общение с нами». В знак любви и уважения он прислал Фотию полное священническое облачение: фелонь, стихарь, омофор и т. д. Такой поступок со стороны папы кажется странным и непоследовательным, но его легко объяснить политическими обстоятельствами. Италия в это время была почти полностью захвачена арабами. «Ярость сарацин так велика, — писал папа, — что никто не осмеливается выйти за ворота Рима». На Западе после Карла Великого царили разброд и хаос, и искать поддержки было не у кого. Иоанн видел в Византии единственного союзника, на которого можно положиться. Он рассчитывал получить от ромеев военную помощь, пойдя на уступки в церковных вопросах.