Занимательная история Церкви

В X веке на политическую арену вместо ослабевших франков выступили германские князья. Самый крупный из них, Оттон Великий, сумел объединить под своей властью все земли Восточнофранкского королевства, как тогда называли Германию, и присоединить к ним Лотарингию и север Италии. Честолюбивый, умный, неутомимо деятельный и почти не вылезавший из седла, этот могучий полководец победил в междоусобной войне, где против него восстала почти вся его родня, и разгромил огромные армии чехов, венгров и славян. Красавица Адельхейда, вдова итальянского короля Лотаря Второго, отдала ему свою руку и сердце, заодно подарив и корону Италии. В 962 году во главе своей армии Оттон вошел в Рим и был коронован как император «Римской империи» папой Иоанном Двенадцатым.

Однако до мира и порядка в Римской церкви было далеко. Почти сразу после ухода императора папа Иоанн был свергнут и изгнан из Рима. Оттону пришлось вернуться и поставить нового папу Льва Восьмого, но его тоже свергли, когда Оттон ушел. На место Льва снова встал Иоанн Двенадцатый, ставший к этому времени противником Оттона. Позже его сменил Бенедикт Пятый, но Оттон вновь пришел в Рим и опять поставил Льва Восьмого, а Бенедикта сослал в Гамбург. Та же чехарда продолжалась при Оттоне Втором: германские императоры ставили своих пап, после чего их свергали местные аристократы и ставили своих.

После прихода к власти Оттона Третьего анархия на римской кафедре временно закончилась. Совсем еще юный Оттон, сын византийской принцессы, в совершенстве знавший греческий язык и разбиравшийся в тонкостях философии, был одержим двумя идеями: христианского служения Господу и возрождения Римской империи. Вторгшись в Италию, он разгромил итальянскую аристократию и навязал Риму своих германских пап. Главу аристократов Кресченция обезглавили, а папу Иоанна Шестнадцатого изувечили (вырвали глаза, отрезали нос, уши и язык), посадили задом наперед на осла и выгнали из города.

Новым папой стал учитель и друг императора Герберт Орильякский — математик, астроном, механик и философ, принявший в папстве имя Сильвестра Второго. Греберт поражал современников своими научными познаниям и на многие века прослыл магом и волшебником, якобы создавшим среди прочих чудес говорящую медную голову, отвечавшую на все вопросы «да» или «нет». В лице Сильвестра папская кафедра получила настоящего ученого и изобретателя, заново открывшего многие астрономические приборы и внедрившего в европейскую науку арабскую систему цифр. Папа полностью поддерживал начинания Оттона, который, уединившись во дворце на Авентине, уже возродил римское консульство и сенат и подумывал о возвращении древней республики. Но после трагической смерти Оттона Третьего (ему было всего 22 года) эти грандиозные планы рухнули, и к власти снова пришел клан Кресченицев.

В череде следующих безликих пап особо выделялся Иоанн XIX, который, подобно Фотию, был мирянином и прошел все ступеньки церковных должностей за один день (точнее, за восемь часов). Он прославился тем, что за деньги открыто раздавал епископские кафедры. Дело дошло до того, что следующий папа Бенедикт Девятый, 18-летний юноша, продал собственную тиару и папский трон некому Джованни Грациано, который стал папой Григорием Шестым. Сделку, правда, признали не все, и в Риме появились сразу два папы, к которым вскоре присоединился третий, избранный соперничающей партией: Сильвестр Третий (1046 год).

Порядок навел германский император Генрих Третий, который явился в Рим и низложил всех трех пап, поставив вместо них четвертого — Климента Второго. Через год Климент умер от горячки, сменивший его Дамас Второй был отравлен, и папой стал родственник императора, выходец из Эльзаса Лев Девятый. Его главным помощником и правой рукой был кардинал Гумберт де Сильвио-Кандида, сыгравший ключевую роль в будущем расколе Церкви.

Суеверия

В VIII–XI веках Византийская империя, несмотря на явные признаки упадка, все еще была культурным и просвещенным государством. Константинополь представлял собой огромный город с миллионным населением (в Париже в то время жило всего 30 тысяч), театрами, университетами, фонтанами на просторных площадях, грандиозными храмами и роскошными дворцами, где все, вплоть до мозаичных полов и кухонной посуды, представляло собой произведение искусства. В Византии еще жили тысячелетние традиции, связанные с древнегреческой культурой, образованные люди прекрасно знали классическую литературу, и какой-нибудь тонкий комплимент, сделанный императрице Зое придворным льстецом, цитировавшим Гомера, сразу понимался всеми присутствующими. В таком цветущем государстве и христианство носило более мягкий и цивилизованный оттенок.