Записки военного переводчика

На следующий день после взятия Августова оперативная группа штаба дивизии была в городе. Неподалеку, на окраинах, еще шел ожесточенный бой с контратакующим противником.

Оперативная группа только успела разместиться в двухэтажном здании в центре города, как с передовой доставили немецкого солдата, взятого в плен во время отражения контратаки.

Нарыжный был с комдивом на НП. Допрашивать пленного мне пришлось самостоятельно. После того как в боях у озера Сайно был ранен капитан Борис Владимирович Харьков, я исполнял обязанности помощника начальника разведотдела штаба дивизии.

Пленный был артиллеристом. Это удивило меня. Первое, что я спросил, было: как он, артиллерист, попал в цепи контратакующей пехоты? Не был ли он артиллерийским разведчиком?

— Нет, — ответил пленный, — впрочем, со вчерашнего дня наш дивизион весь стал пехотным. — И пленный рассказал вот о чем.

Когда немецкая пехота панически побежала под ударами советских частей, то гитлеровцы, не надеясь только на свои ноги, захватили у своих же артиллеристов машины и тягачи и на них начали драпать к Августову, а потом и из Августова. Бензина не хватило. Поэтому брошенными оказались не только орудия, но и тягачи, и автомашины. А артиллеристов сделали пехотинцами и бросили в контратаку. «Возьмете Августов — искупите свою вину», — так им сказали офицеры.

Чтобы оправдать себя, пехотные и артиллерийские офицеры противника пошли даже на обман — они доложили, что их атаковали танки. Кстати, впоследствии в захваченных нами гитлеровских документах мы видели донесения, в которых черным по белому сказано о сильном танковом ударе русских на Августов. А ведь нашей дивизии ни одного танка придано не было. Может быть, гитлеровцам со страху и вправду танки почудились?

Вот у противника танки действительно появились. По показаниям пленного, их контратаку поддерживали десять танков. В резерве — примерно вдвое больше. Он видел танки в роще за передним краем.

Пленного приказал отправить в штаб корпуса. Сам поспешил на коммутатор. Позвонил Нарыжному, доложил о танковом резерве противника.

После того как начались ожесточенные контратаки гитлеровцев, командир корпуса Герой Советского Союза H. H. Мультан придал нашей дивизии много артиллерии и минометов. Для руководства операцией по отражению вражеских контратак в Августов был направлен генерал-майор Н. К. Масленников. И все же, несмотря на большую помощь, трудно пришлось 25 и 26 октября нашим пехотинцам. Но при поддержке артиллерии — истребителей танков — все контратаки врага были отбиты. Наша дивизия крепко удерживала город.

Спасибо друзьям-полякам

Днем 24 октября 1944 года, когда бой за город Августов был в самом разгаре и наши солдаты успешно отражали контратаки противника, пытавшегося вернуть утраченные позиции, дивизионный инженер-подполковник Михайлов доложил комдиву, что мост через озеро Сайно наведен, можно начинать переправу подкреплений.

Солдаты готовых к переправе подразделений видели, как из-за высоких, подступивших к самому берегу сосен выскочил на песчаную дорогу юркий «виллис» командира дивизии. Автомашина вкатилась на мост и, глухо прогрохотав по его дощатому настилу, легко взобралась на обрывистый противоположный берег и снова исчезла за деревьями.

Машина нашего нового комдива полковника Смирнова мчалась по шоссе на запад, к Августову. Невдалеке от города, справа, промелькнул невысокий вокзал. Прочитав написанный на стене станционного здания гитлеровский лозунг: «Räder rollen für den Krieg» (Колеса вертятся для войны), Смирнов усмехнулся:

— Да, колеса вертятся. Но не в ту сторону, куда фашистам хочется.

Не отрываясь от баранки, шофер комдива мотнул головой в сторону обочины.

— У них много колес совсем уже не вертится.

И в самом деле: обочины дороги и кюветы были забиты автомашинами и орудиями, в панике брошенными гитлеровцами.

Вот и Августов. Машина полковника без остановки пересекла город с востока на запад. Разрушенных зданий почти не было видно. Из донесения, полученного по радио от командира батальона, овладевшего Августовом, комдив уже знал, что фашистские факельщики и подрывники не успели завершить своего черного дела. Внезапная атака наших бойцов предотвратила поджоги и взрывы, которые готовились гитлеровцами и должны были превратить город в груду развалин.

Комдив спешил на свой новый наблюдательный пункт. Автомобиль миновал одноэтажные домики западной окраины. Теперь водитель вел машину на предельной скорости: то слева, то справа от шоссе стеной вставали разрывы вражеских снарядов. Противник интенсивно обстреливал дороги, по которым из города подходило наше пополнение.

Из окопчика у обочины встал боец-регулировщик. Он указал объезд. Еще несколько минут по тряской проселочной дороге — и автомобиль остановился у высотки. Здесь завершалось оборудование НП.

В небольшой траншее на вершине высотки полковника Смирнова встретил майор Нарыжный. Доложив сведения о противнике, майор затем сообщил:

— В городе не обнаружено ни одного местного жителя, ни одного поляка. Не знаю, что с ними гитлеровцы сделали.