Запретная любовь. Forbidden Love

Дальнейшие расспросы бессмысленны. Всё, что Лиза могла сказать, сказано.

Я заказал билет на первый субботний рейс до Нью-Йорка и забронировал номер в гостинице. Возвращение в Вашингтон наметил на воскресенье. Двадцатиэтажный отель в Фараковэй на берегу залива выбрал намеренно. Близость к аэропорту – пятнадцать минут на машине – и вдали от жилых кварталов. В начале апреля пустынный песчаный пляж – идеальное место для тайных свиданий.

…Мы встретились в холле гостиницы. Лиза была взволнована, не стала подниматься в номер и потащила меня на набережную, сообщив по дороге, что Ханна простудилась, и она отвезла её к мамам.

Был обычный для Нью-Йорка апрельский день – утром сорок, к полудню до шестидесяти по Фаренгейту, с резкими порывами ветра, отпугивающими от океана любителей солнца. Как и ожидалось, набережная пустовала. Неудобство почувствовали, когда немного прошлись – оделись теплее, чем требовалось по погоде. Пришлось снимать, а когда задувал ветер, надевать тёплые куртки.

– Спасибо, что приехал, – повторила Лиза, когда ради безопасности подошли мы к воде.

– Я не мог не приехать после загадочной просьбы. Что-то стряслось?

– В двух словах объяснить сложно. Начну издалека. Лет десять назад отец пригласил меня отпраздновать его шестидесятилетие в ресторане «Ривьера». Среди гостей были супруги Робинсон. Тогда я с ними и познакомилась. После загадочной смерти отца и таинственного исчезновения Питера я мучительно долго вспоминала имя его супруга. Наконец, осенило – Мартин. Я вспомнила, что он работал в банке напротив Юнион сквера. Я разыскивала его, заходила во все банки в этом районе. Шанс найти его минимальный. Он мог уволиться – за десять лет могло произойти всякое – или работать внутри банка. Так, в общем-то, и оказалось. Но мне повезло – в один из дней мы столкнулись в метро. Я кинулась к нему, как умалишённая, – боялась, что он растворится в толпе. Он меня не узнал. Я напомнила о себе. А чтобы обратить на себя внимание, приврала, что располагаю важной для него информацией о Питере. Попросила о встрече.

– Ты смелая женщина…

– Не перебивай – у нас мало времени. Он торопился и вручил визитную карточку. Вечером я ему позвонила, и мы условились встретиться в его доме, в Лонг-Айленде. Я рассчитывала его разжалобить. Предполагала выяснить что-либо о судьбе завещания. Наверняка, Питер поделился с Мартином секретами Джейкоба.

– Сдались тебе его миллионы…

– А ты бы как поступил, если бы перед носом замаячило многомиллионное состояние? – вспыхнула Лиза. Я промолчал, и она сказала примирительно. – В данном случае я думала о тебе.

– Любопытно, – съязвил экс-гражданский супруг. – Я ещё вхожу в круг твоих интересов?

– Ты позволишь мне досказать? – обиделась Лиза. – В твоих интересах выслушать до конца.

– Извини, молчу.

– Совершая кругосветное путешествие, Робинсон приплыл в Нидерланды. Сойдя на берег, он обманом завлёк на яхту двух девятилетних мальчиков, связал их, и по очереди изнасиловал. Ночью одному из них удалось выпутаться из оков. Он вылез из каюты, выбрался на палубу и сиганул в воду. На его счастье, на соседней яхте проходило ночное гулянье. Кто-то заметил ребёнка, выпавшего за борт. Мальчонку спасли. Через полчаса на яхте была полиция. Питер спал, выпив изрядную дозу алкоголя. Его взяли с поличным. Второй мальчик чуть не умер от страха. Сейчас Питер в тюрьме. Его обвиняют в похищении подростков, насильственном их удержании и изнасиловании. По нидерландским законам ему грозит четвертак.

– Четвертование?

Лиза усмехнулась.

– Не будь кровожадным. Двадцать пять лет.

– Ты вытащила меня в Нью-Йорк, чтобы сообщить эту новость?

Лиза недовольно сморщила губы.

– Ни мы, ни Ханна не имеем здесь будущего. Что ждёт её, когда она вырастет и станет такой, как мы? Прятанье по углам? Страх разоблачения, который всюду будет её преследовать? Посмотри вокруг. Уже появились проблески послаблений, надежда на смягчение законодательства, младшим епископом лос-анджелесской епархии Епископальной церкви избрана женщина, заявившая о своей нетрадиционной ориентации, и Объединение англиканских церквей после долгих споров признало её брак с мужчиной. Вдруг, как по взмаху волшебной палочки, всё рухнуло. Гетеро – злейший враг Америки. Жить в такой атмосфере – пытка.

– Что ты предлагаешь? У нас есть только один выбор – стать такими же, как они.

– У тебя получилось? Скажи честно. Смотри мне в глаза.

– Если честно, нет. Я стараюсь.

– Не старайся. Не получится. Ты – из другого теста.

– Что ты предлагаешь? – нервно переспросил бывший гражданский муж. – Ты так и не ответила.

– Эмиграция.

– Эмиграция? Ты серьёзно?