Завоевание Америки Ермаком-Кортесом и мятеж Реформации глазами «древних» греков

Геродот все никак не может уйти от событий конца XVI — начала XVII века. Как мы уже говорили, теперь это стало понятно. Речь идет об истории Есфири и о последовавшей за ней Великой Смуте начала XVII века. Западноевропейские летописцы с особым удовольствием говорили об этой приятной для них эпохе. Пером хронистов-реформаторов водила здесь откровенная радость освобождения от власти метрополии — Руси-Орды. Кроме того, перестали выплачивать дань Орде. Деньги стали, наконец, оставаться на Западе. На них можно было нанять свои армии.

Итак, Геродот во второй раз возвращается к рассказу о гибели Смердиса. Причем на этот раз сообщает о появлении ЛЖЕСМЕРДИСА, то есть человека, взявшего себе имя убитого ранее Смердиса = Дмитрия, брата Камбиса = Грозного.

Вот рассказ Геродота, который мы приводим практически полностью, ввиду его важности. Опускаем лишь литературные украшения.

«Пока Камбис, сын Кира, находился еще в Египте и творил там БЕЗУМНЫЕ деяния, двое братьев из племени магов ПОДНЯЛИ МЯТЕЖ. Одного из них Камбис оставил в Персии управителем своего дома. Этот-то человек и поднял восстание, хорошо зная, что кончину Смердиса держат в тайне и что в Персии об этом известно лишь немногим, БОЛЬШИНСТВО ЖЕ СЧИТАЕТ, ЧТО СМЕРДИС ЖИВ. НА ЭТОМ-ТО МАГ И ПОСТРОИЛ СВОЙ ЗАМЫСЕЛ ЗАХВАТИТЬ ЦАРСКУЮ ВЛАСТЬ. Был у него брат, который, как я уже сказал, вместе с ним поднял мятеж, ПО ВНЕШНОСТИ ОЧЕНЬ ПОХОЖИЙ НА СМЕРДИСА, убитого по приказанию своего брата Камбиса. А БЫЛ ОН НЕ ТОЛЬКО ПОХОЖ НА СМЕРДИСА, ТО ДАЖЕ И ИМЯ ЕГО БЫЛО СМЕРДИС. Этого-то человека, своего брата, маг Патизиф убедил, что все для него устроит, и „сесть на престол пригласил“.

А посадив [брата] на престол, Патизиф разослал глашатаев по разным областям [персидской державы], а также и к войску в Египет [с вестью], что отныне надлежит повиноваться Смердису, сыну Кира, а не Камбису» [16], с. 157.

Современные комментаторы добавляют, что «то же самое сообщает и Бехистунская надпись Дария. Маг Гаумата — Лжесмердис был провозглашен царем в отсутствие Камбиса и пользовался поддержкой ВЛИЯТЕЛЬНОЙ КАСТЫ МАГОВ И ЗНАТИ ЗАПАДА» [16], с. 516, комментарий 36.

Вернемся к Геродоту. «Итак, глашатаи повсюду объявляли об этом; между прочим, был отправлен глашатай и в Египет… Выступив посредине [царского] стана, глашатай объявил повеление мага. А КАМБИС, УСЛЫШАВ ТАКУЮ ВЕСТЬ, ПОДУМАЛ, ЧТО ГЛАШАТАЙ ГОВОРИТ ПРАВДУ и Прексасп его предал, не исполнив приказания умертвить Смердиса. Царь посмотрел на Прексаспа и сказал: „Так-то ты, Прексасп, выполнил мое поручение?“ А тот отвечал: „Владыка! Неправда это, что брат твой Смердис восстал против тебя. Никогда уже не выйдет у тебя со Смердисом ссоры — ни большой, ни малой. Ведь я сам лично исполнил твое повеление и своими руками предал тело его погребению. Если теперь и мертвые воскресают, тогда можно ожидать, что и мидийский царь Астиаг восстанет против тебя. Если же на свете все осталось, как прежде, то, конечно, от Смердиса уж больше не угрожает тебе никакой беды. Так вот, я думаю, нужно воротить глашатая и допросить, кто его послал требовать повиновения царю Смердису…“

Тотчас же нагнали глашатая и привели назад. А когда он явился, Прексасп сказал ему вот что: „… Скажи нам правду и иди с миром: сам ли Смердис лично дал тебе это поручение или один из его слуг?“. А тот отвечал: „Я-то ни разу не видел Смердиса, сына Кира… Но маг, которого Камбис назначил управителем своего дома, дал мне это поручение и сказал, что Смердис, сын Кира, так повелел объявить вам“… А Камбис сказал: „Прексасп! Ты честно выполнил мое поручение, ты не виновен. НО КТО ЖЕ В ПЕРСИИ ВОССТАЛ ПРОТИВ МЕНЯ, ОБМАНОМ ПРИСВОИВ СЕБЕ ИМЯ СМЕРДИСА?“. Прексасп же отвечал: „…Маги восстали против тебя: Патизиф, которого ты оставил управителем своего дома, и брат его Смердис“.

Когда Камбис услыхал имя Смердиса, ему сразу же стало ясно, что Прексасп прав и что сновидение его (см. выше — Авт.) сбылось. А видел он во сне, что некто принес ему весть: Смердис восседает на царском троне и головой касается неба. Тогда царь понял, что напрасно погубил брата, и стал его оплакивать. Оплакав же брата и страшно подавленный всем этим несчастьем, Камбис вскочил на коня и решил немедленно выступить в поход на Сусы против мага.

А когда царь вскакивал на коня, отпал наконечник ножен его меча и обнаженный меч рассек ему бедро. Рана была в том самом месте, куда он прежде сам поразил египетского бога Аписа. Камбис решил, что рана смертельна…

Безумие внезапно оставило царя: так сильно потрясли известие о восстании мага и рана… Царь… сказал: „Здесь суждено окончить жизнь Камбису, сыну Кира“…