Зажги свое солнце. Целительные истории о счастье и любви к себе

Комплекс Мадонны и блудницы цвел в сознании мужа Аллы пышным цветом. Он появляется у мужчин, которые едва ли не запрещают своим женщинам думать о сексе, но активно занимаются им с женщинами на стороне. То есть все эти «Никакого орального секса, ты целуешь этими губами наших детей» не всегда говорят о высоких моральных принципах мужчины и его святости. Зачастую такие «звоночки» сигнализируют о том, что есть кто-то, кто удовлетворяет его желания, и он совсем не думает ни о губах, ни о святости, ни о чести. Есть жена – святыня, которая подарила детей и больше никакой роли отыграть не может. К ней ничего не пробуждается. А есть другие женщины – и с ними можно реализовывать самые смелые желания. Еще Фрейд говорил, что такие мужчины делят женщин на две категории: «На тех, кого можно любить, но нельзя хотеть, и на тех, кого можно хотеть, но нельзя любить». И причина такого комплекса может крыться в подсознательной мести матери, которая была холодна, но сильно опекала.

<p>Родовые сценарии</p>

Наши родители и их поведение – единственно верная модель в нашем сознании до определенного возраста. До возраста, пока мы не доросли для формирования критического мышления и восприятия.

Это не общеизвестный рубеж вроде совершеннолетия. Навык критического мышления, скорее, искусственно взращивается, самостоятельно воспитывается и нарабатывается при желании разбираться со всем, что происходит, детально, а не поверхностно. Чем больше мы хотим брать ответственность за свою жизнь, чем больше нам нравится быть зрелыми, тем больше вероятность, что мы научимся критически мыслить и четко поймем, такими ли «примерными» были наши родители, или же мы просто возводили все данное в абсолют.

Возвести в абсолют поведение родителей – нормально для ребенка, и винить себя маленького за такую доверчивость не стоит.

У вас, если хотите, действительно не было другого выхода, и вы действительно были уверены, что данное решение верное. И даже тут нельзя не упомянуть про зрелость: если у вас есть желание менять родовой сценарий, то должно быть взвешенное разрешение себе ошибаться и принятие того, что каждый ведет себя на разных отрезках жизни так, как в тот момент у него складывалось. Мы всегда рассуждаем, что могли поступить так или иначе в момент, когда все уже случилось. То есть фактически мы машем после драки кулаками и делаем это рефлекторно – для успокоения совести или своего внутреннего я.

С утробы формируется связь «мама-ребенок», новорожденный точно знает, что с мамой безопасно. Это нечто генетическое, рефлекторное, животное в нас. Малыш точно знает, что мама не обидит, накормит, приласкает, станет опорой и защитой. Именно поэтому дети успокаиваются рядом с мамой – чувствуя ее запах и слыша голос. Мама – это безусловное добро для ребенка, даже если на самом деле это не так. И именно это отличает взрослых от детей: взрослые анализируют поведение и поступки, а дети возводят любую данность в абсолют.

К сожалению, мы, взрослые, не всегда отдаем себе отчет, что на наших плечах огромная ответственность. С рождением ребенка это уже не просто ответственность за себя, но и еще за одного человека. Он безусловно верит, а это значит, что мы должны заботиться не только о банальных вещах – кров, пропитание и забота, но еще и формировать у маленького человека отношения с миром. Именно через родителей – а точнее, через их миропредставление и взаимодействие с окружающими – ребенок делает первые шаги – кто-то с боязнью, кто-то доверяя. И это можно увидеть по малышам, несмотря на врожденный темперамент каждого. Один боится, но делает, потому что чувствует невидимую опору в виде уверенности родителей – а другой не так уж и боится, но не делает лишь потому, что чувствует страх родителя и считывает это как единственную правильную реакцию на изучение мира.

Формирование отношений с миром базируется на чувстве безопасности.