Железный начдив Азин. Между красными и белыми

И всё же нестыковка налицо: 200 ящиков и «не менее 100» – вещи разные. А всё потому, что спасённое красными золото увозилось двумя партиями. Одна (большая) партия была транспортирована в Вятские Поляны[148]. А другую часть драгоценностей в кожаных мешках латышские стрелки пулемётного взвода под командованием Я. Берзиня под огнём противника вывезли на двух пароконных повозках на пристань, где, погрузив на пароход, отправили вверх по реке.

Посуху же «груз» также повезли подальше от Казани и белых; в данном случае – на северо-восток, в сторону городка Арска, в 65 километрах от губернского центра. Прибыли. Отчитались. Позвонили кому следует, в том числе – товарищу Марьину в Казань. Но в Арске тревожно: никакой сильной власти. Как вспоминал тов. Измайлов, «…комиссары все уехали, приданная воинская охрана почти вся разбежалась… на постах оставалась лишь банковская охрана…»

Судя по всему, вывозить драгоценности дальше Арска в первоначальные планы красных не входило. Однако ситуация на месте показала, что обстановка там аховая, население охвачено паникой. Везти золото по Сибирскому тракту до Малмыжа – было бы опрометчиво: там зашевелились степановцы.

Почему, кстати, груз» повезли именно в Арск, а не, скажем, в Сосновку или затерявшуюся в татарских дебрях какую-нибудь Еловку? Уж там точно никто бы ничего не нашёл. Но в том-то и дело, что задачей большевиков было груз именно эвакуировать. В отличие от Сосновки, Арск – на железной дороге; и это – определяющий фактор. Золото следовало не спрятать, а срочно вывезти подальше от противника. А уж где оставить – место найдётся, Россия большая. Тащить ящики за сто кэмэ на машинах по разбитой дороге да с ненадёжным населением – подвергнуть риску всю операцию. Тем более что под носом «железка». Ящики с мешками перегружают в вагоны – и в путь!

Впрочем, далеко не повезли, остановившись на станции Вятские Поляны. В селе формируются красные отряды, а степановцами и не пахнет. Но, главное, рядом со станцией – река! А где река – там пароходы. Вятские Поляны – важный железнодорожный и речной узел. Поэтому здесь всё проще: вагоны в тупик, по периметру усиленная охрана и ожидание дальнейших распоряжений.

Некоторые исследователи ошибочно считают, что золото из Вятских Полян поездом через Котельнич отправили в Москву. Сомневаюсь. И вот почему: путь на Вятку и Котельнич – через Ижевск, по крайней мере, сейчас. А там к тому времени уже было сильно неспокойно: эсеровский мятеж превратил город в бурлящий котёл. Им бы ещё деньжат из казанских хранилищ – и тогда бы жизнь вообще удалась!

Но дело даже не в этом: в 1918‐м железнодорожной ветки от Ижевска до Балезино и дальше, на Глазов и Вятку, просто не существовало – её построят значительно позднее. Ижевск долгое время был тупиком. Везти ценный груз в Москву или Нижний через Урал – абсурд: там чехарда, всюду противник. Другое дело, если из Вятских Полян вверх по реке на пароходе до Вятки и дальше на Котельнич. Тогда – да, вполне реально. Тем более что секретная операция в Вятских Полянах наверняка осуществлялась под жесточайшим контролем доблестных сотрудников ЧК. Так что ижевцам – кукиш!

* * *

Самое интересное, что всё вышеизложенное – лишь часть, не побоюсь сказать – эпопеи, связанной с злосчастным «казанским золотом». А всё потому, что в августе 1918 года золотой запас, накапливавшийся Российской империей столетиями, с началом боевых действий под Казанью разворовывался мешками и ящиками. А если говорить точнее – пудами и центнерами! И вывезенные красными ценности – лишь капля в море. Потому что, как уверяют некоторые исследователи, свою долю уже тогда, в Казани, получили «верные братушки» и союзники Комуча – белочехи.

Впрочем, всё по порядку. Но для этого предлагаю вернуться к боевой операции тов. Азина в районе Высокой Горы, что в 27 километрах к северо-востоку от Казани.

Судя по телеграмме, отправленной командиром красного отряда в Сарапул на имя командарма-2 Блохина и в Вятские Поляны, азинцы взяли село Высокая Гора 20 августа («Высокие Горы, село и станция, заняты нами сегодня ночью»). Но уже 22 числа ударные батальоны противника, прорвав фронт, под прикрытием броневиков неожиданно и быстро выдвинулись к Высокой Горе, и красным пришлось с большим трудом раз за разом отбивать так называемые «вальные» (наступали вал за валом) атаки противника. Лишь благодаря плотному артиллерийскому огню из нескольких орудий одновременно (в том числе – прямой наводкой) натиск белогвардейцев удалось ослабить. Тем не менее, будто не замечая больших потерь среди личного состава и пушечной картечи, наступавшие ещё какое-то время продолжали лезть напролом. Теряя убитых и раненых, белые, напоровшись на активное сопротивление, по сути, топтались на месте. И так – три дня.