Живая математика. Нематематическая книга о вдохновении, науке, образовании и жизни

Ни в коем случае не сможет. Это невозможно. Перед учителем стоит конкретная задача — обучить за год определённым приёмам как можно большее количество школьников. Он должен дать всему классу добротную базу.

В 50–60-е годы математическое образование у нас было не просто самым лучшим на свете, оно было на голову выше всего мира. И этот феномен до сих пор не перестает удивлять, поражать. Люди пытаются понять — а как к этому можно вернуться? Как это сделать?

Ответ очень прост — добросовестный живой учитель. Да, строгий, да, муштрует. Но он знает предмет, и его миссия — научить. И этого учителя никогда не заменит никакой популяризатор, никакие картинки, никакие завлекаловки или даже целые онлайн-курсы.

Но если я провёл занятия у нескольких классов, то они потом своего учителя будут слушать лучше, у них откроются глаза. То есть ни в коем случае нельзя меня и учителей противопоставлять. Я делаю всё это в интернете вовсе не для того, чтобы заменить учителя. Наоборот — я хочу ему помочь.

Я дам вот это вдохновение учителю и его ученикам, а дальше все поедет само. Дальше — много работы. Одним роликом ты не научишься. Ты можешь заинтересоваться, но научишься математике ты только ежедневной трудной работой, иногда нудной, но через это надо пройти.

Я не хочу, чтобы моя известность была за счёт кого-то. То, что я делаю, должно идти на пользу всем учителям.

Как узнать, станет ли ребёнок математиком?

Часто родители не могут определиться, гуманитарий их ребёнок или математик. На самом деле вопрос в том, чем ему самому хочется заниматься. Он должен сам выбрать свою «индивидуальную траекторию», решить, что ему больше нравится — история или математика.

Есть такая вечная тема для спора: математиками рождаются или становятся? На мой взгляд, математиками рождаются. И связано это как раз таки не со способностями, математическими или гуманитарными, а с тем, что человеку интересно. Ты замечаешь что-то про наш мир и думаешь об этом именно в направлении математики. А кто-то другой думает в направлении физики, химии или биологии. То есть рождаются людьми, имеющими склонность задавать те или иные вопросы.

Но к математике, наверное, врождённые способности существуют. Не исключено даже, что они передаются по наследству. Но это очень сложный вопрос, и я не уверен в своих словах на сто процентов.

Есть ли у ребёнка математические способности? Оценка тут не показатель. Пятерки по математике означают, что у человека есть способности к быстрому копированию, умение производить действия по заданному шаблону. Это навыки подражания, к математике они не имеют отношения. Математика — это творчество, способность придумать решение самостоятельно, умение мыслить вне заданных шаблонов.

Примерно в четвертом-пятом классе становится понятно, есть ли у ребёнка способности к математике. Иногда даже раньше: например, мой старший сын Миша, который способнее меня, в четыре года уже перемножал числа. Когда ему предлагали сложить 50 апельсинов и 24 яблока, он не спрашивал, зачем апельсины и яблоки, — просто 50 плюс 24. В то же время многие дети не понимают, как можно апельсины с яблоками складывать — это же разные вещи. Выше я уже говорил о таком способе мышления.

Вообще, главный признак того, что склонности к математике, скорее всего, нет, это быстрая потеря интереса. Если дошкольник может заниматься математикой 10–15 минут, то можно предполагать, что способности у него есть, и нужно наблюдать за ним дальше.

Заставлять ли учиться математике?

Порой родители хотят, чтобы ребёнок занимался математикой, даже если они видят, что у него нет особых способностей, аргументируя свое желание так: «Пусть развивается».

Да, математика действительно прокачивает мозги. Но родители должны понимать: если способностей нет, то ребёнок продвинется только до своего предела. В принципе, это тоже хорошо и полезно. Но зачем его мучить? Прокачать мозги можно и в гуманитарных науках. В научном мире тому великое множество примеров.

Не уверен, что заставлять через «не хочу» — это правильная тактика. Я никого из своих детей никогда не принуждал к математике. Наоборот, сыну Мишеньке я всегда говорил: «Главное — не перенапрягись». Но он каждое воскресенье всё равно участвовал в двух-трех олимпиадах. Это было его желание, а не моё!

Дочь Света (сейчас она в математическом классе школы № 444) уже в семь лет свободно оперировала в рамках целых чисел: без труда вычитала из пяти семь и получала минус два. Площади, длины, квадраты — со всем этим легко она справлялась.