Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925

…Во исполнение указания патриарха, с конца февраля 1919 г. в Новгородской епархии под началом викарного епископа Тихвинского Алексия (Симанского), без уведомления властей, начались освидетельствования мощей. Первыми освидетельствованы мощи преподобного Антония Римлянина в Антониевом монастыре. Несколько позже епископ посетил Сковородский монастырь с той же целью.

По слухам, циркулировавшим в церковной среде Новгорода, на начало апреля власти наметили массовую кампанию по вскрытию мощей. Действительно, 3 апреля 1919 г. Новгородский губисполком принял постановление о проведении вскрытия мощей, находившихся в пределах Новгородской губернии, в том числе и в Софийском соборе Новгорода.

Стремясь опередить власти, епископ Алексий вместе с духовенством, не уведомляя местные власти, освидетельствовали мощи в Софийском соборе. Из рак вынули вату, лишние пелены и другие посторонние предметы. А наутро в собор пришла общественная комиссия, состоявшая из представителей местных Советов, воинских частей, партийных и общественных организаций. Вскрыты были шесть рак. От глаз комиссии не укрылся тот факт, что некоторые из мощей были кем-то заботливо приведены в порядок. По итогам работы комиссия доносила председателю ВЧК Ф.Э. Дзержинскому: «В губернии… производилось вскрытие мощей Софийского собора в присутствии представителей различных организаций и духовенства. Вместо нетленных мощей оказались полусгнившие человеческие кости. К вскрытию мощей население отнеслось спокойно»[264].

Епископ Тихвинский Алексий (Симанский) в губернской газете «Звезда» в статье «Что такое мощи?», опубликованной после проведенного вскрытия, убеждал верующих и неверующих, что «решительно должны отпасть легенды о том, будто в раках заключается что-то искусственное, не имеющее отношения к угодникам. Впрочем, не желающие верить не поверят и самой очевидности… Мы же, служители Церкви, и все верующие заветам Христа, Спасителя мира, не должны смущаться и не смущаемся никакою силою неверия и бесстрашно должны нести всякие испытания нашей верности Господу Иисусу и Его Божественному учению»[265].

Спустя неделю епископ Алексий вместе с членами Епархиального совета обратился к властям с просьбой вернуть мощи в храм. Но положение осталось без изменения: мощи были выставлены на всеобщее обозрение в церкви Входа Господня в Иерусалим в Новгородском кремле, куда хлынул поток любопытствующих из Новгорода и близлежащих деревень. Странное и непонятное чувство порождали в сердцах духовенства поступки и слова тех, кто, казалось, еще совсем недавно с благоговением и религиозной экзальтацией молились в храмах, прикладывались к святым мощам, шептали молитвы-обращения, а теперь – не просто безразличие и покорность обстоятельствам, факту осквернения святынь, но и активное в том участие! Видно, что-то внутри этих крестьян и рабочих давным-давно сдвинулось в их отношении к вере и церкви, и виноватыми в том были отнюдь не большевики и не советская власть… [266]

Наибольший всероссийский резонанс получила история со вскрытием мощей Сергия Радонежского, хранившихся в течение веков в Троице-Сергиевой лавре. В начале марта 1919 г. в газетах Сергиева Посада, а затем и Москвы появляется информация о желании «некоторой группы лиц» вскрыть и подвергнуть осмотру мощи святого. На заседании Совета рабочих и крестьянских депутатов Сергиева Посада 1 апреля 1919 г. фракция коммунистов вносит резолюцию: «считая, что мощи Сергия являются средством пошлой эксплуатации малосознательных масс и почвой для злостной агитации черного духовенства, пленум Совдепа считает необходимым мощи Сергия вскрыть».

После бурного обсуждения, голосами: «за» – 29, «против» – 3, «воздержались» – 4, резолюция принимается[267]. С просьбой предотвратить «святотатство» к Ленину вначале обращается наместник Лавры архимандрит Кронид (Любимов), а затем и патриарх Тихон, писавший 2 апреля 1919 г. председателю Совнаркома: «По долгу пастырского служения заявляю вам, что всякое оскорбление религиозного чувства народа вызовет в нем естественную скорбь, справедливое негодование и может взволновать его даже в несравненно большей степени, чем все другие невзгоды жизни… Вскрытие мощей нас обязывает стать на защиту поругаемой святыни и вещать народу: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам (Деян. 5:30)» [268].

Но все призывы Тихона остались без внимания. 11 апреля 1919 г. в присутствии многочисленных представителей местных и центральных властей, общественных организаций, монастырского духовенства, монашествующих и верующих мощи были вскрыты. Весь процесс был заснят на кинопленку. На следующий день после вскрытия исполком Сергиево-Посадского Совдепа, ссылаясь на многочисленные просьбы волостных советов оставить мощи во вскрытом состоянии, чтобы желающие могли их видеть, постановил: «вскрытые мощи оставить держать открытыми для обозрения граждан»; устроить стеклянную крышку над гробницей и опечатать ее.