Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925

Ныне церковь решительно отмежевалась от всякой контрреволюции. Произошла социальная революция. Возврат к прежнему строю невозможен. Церковь не служанка тех ничтожных групп русских людей, где бы они ни жили – дома или за границей, которые вспомнили о ней только тогда, когда были обижены русской революцией, и которые хотели бы ею (церковью) воспользоваться для своих личных политических целей. Церковь признает и поддерживает советскую власть, ибо нет власти не от Бога. Церковь возносит молитвы о стране Российской и о советской власти. Православные епископы убеждены, что смута церковная прекратится только тогда, когда будет восстановлен канонический строй церковного управления и когда верующими в точности будут соблюдаться касающиеся церкви законы государства. Православное церковное управление, прежде всего, не должно вмешиваться в жизнь тех общин, которые не выразят свободного и добровольного согласия подчиниться его руководству. Православные общины, сознающие необходимость для них иметь законно-преемственную иерархию, сами вступят в духовный свободный союз с православным церковным управлением.

Православное церковное управление должно считать для себя обязательны соблюдение церковных канонов и законов Российской Республики. Государственный строй Российской Республики должен быть основой для внешнего строительства церковной жизни. Церковь переживает важный исторический момент. Поэтому от всего церковного общества требуется проявить возможно больше церковной сознательности. Этой сознательностью должны, прежде всего, обладать руководители церковной жизни. Священники обязаны подробно выяснять себе и своим пасомым, что Русская православная церковь ничего общего не имеет с контрреволюцией. Долг пастыря довести до сознания широких масс верующего народа о том, что отныне церковь отмежевалась от контрреволюции и стоит на стороне советской власти[406].

Циркулярное письмо № 30 ЦК РКП (б) «Об отношении к религиозным организациям». 16 августа 1923

[РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 356. Л. 27, 29]

Безусловно, такая позиция патриарха и его сторонников выбивала основной козырь у обновленцев – заявление о лояльности к советской власти. И как результат, по Москве прокатилась волна возвращения обновленческих священников в Патриаршую церковь. Обновленцев выгоняют из храмов взашей, избивают, говорят о них с большей ненавистью, чем даже о безбожниках.

Вслед за столицей кризис обновленчества наступает и в провинции. Подтверждение тому можно найти даже в документах Антирелигиозной комиссии при ЦК РКП(б), например, в докладе Е. Тучкова «О церковниках и сектах за время с 1 июля по 15 сентября 1923 г.».

Из доклада нач. 6-го отделения СО ГПУ Е.А. Тучкова «О церковниках и сектах за время с 1 июля по 15 сентября 1923 г.». 18 сентября 1923

[РГАСПИ. Ф. 89. Оп. 4. Д. 118. Л. 4–5]