Жребий Пастыря. Жизнь и церковное служение патриарха Московского и всея Руси Тихона (Белавина). 1865–1925

Обновленцы в СССР и Константинопольская церковь в вопросе о патриархе Тихоне действовали тандемом. 6 июня 1924 г. патриарх Тихон получил письмо от представителя Вселенского (Константинопольского) патриарха в Москве архимандрита Василия (Димопуло) с выписками из протоколов заседаний Священного синода Константинопольской церкви. Из них следовало, что патриарх Григорий VII (Зервудакис) решил послать в Москву особую миссию для обследования ситуации в Российской православной церкви и до окончания ее работы предлагал патриарху Тихону удалиться от управления церковью и к тому же упразднить патриаршество, препятствующее, как он считал, восстановлению мира и единения в церкви. Естественно, патриарх Тихон отвел все предложения Константинопольского патриарха как неканоничные и не соответствующие традициям Православных церквей, а также указал, что обновленцы суть «схизматики», запрещенные в священнослужении и объявленные находящимися вне общения с Православной церковью, и не имеющие какой-либо серьезной поддержки в церковном мире.

После обмена посланиями патриарх Григорий VII прервал общение с патриархом Тихоном и впредь сносился с евдокимовским синодом как с якобы законным органом управления Российской церковью. Его примеру последовали, не без колебаний и давления со стороны, и другие Восточные патриархи.

В декабре 1924 г. на патриарха обрушилось еще одно тяжелое личное несчастье: был убит самый близкий ему человек – келейник Яков Анисимович Полозов[439].

10 декабря 1924 г. жене Якова Полозова, Наталии Васильевне, должно было исполниться 25 лет. Дату хотели отметить в «семейном кругу». Накануне, вечером 9 декабря, в комнате на первом этаже Наталья и кухарка обсуждали меню праздничного обеда. Вдруг наверху раздались какие-то щелчки. Наталья, словно предчувствуя что-то нехорошее, побежала туда, но ей преградил дорогу патриарх со словами: «Наташа, твоего мужа убили»[440].

Как впоследствии рассказывал патриарх, он услышал громкие звуки в соседней комнате, вышел и увидел каких-то людей внизу с вещами в руках. Яков в этот момент находился на лестнице и спускался к неизвестным. Раздались выстрелы… Яков рухнул на пол. Бандиты выскочили из дома.

Моментально приехали работники ГПУ во главе с Тучковым, прокуратура, милиция. В доме была выставлена охрана. Начато расследование, но действенных результатов оно не принесло. Удалось лишь найти у купца на Шаболовке воротник, споротый с одной из украденных шуб патриарха. Выйти на личности, уяснить причины и возможных «заказчиков» нападения так и не удалось. Яков был похоронен около одной из наружных стен Малого собора в Донском монастыре, напротив места, заранее отведенного внутри храма для захоронения патриарха.

<p>Болезнь и смерть патриарха</p>

С конца 1924 г. здоровье патриарха стало ухудшаться. Не однажды ему приходилось отказываться от выезда на запланированное богослужение из-за плохого состояния. Порой обморок и «удар» настигали его во время служб. 30 декабря Тихон служил литургию в храме на Пятницком кладбище и во время службы в очередной раз упал в обморок. Больного перевезли в Донской монастырь, где он находился первую половину января под усиленным наблюдением врачей. Служить патриарх не мог. Именно тогда, 7 января 1925 г., Тихон подписал свое последнее распоряжение о преемстве церковной власти, назвав имена местоблюстителей: митрополит Кирилл (Смирнов), митрополит Агафангел (Преображенский), митрополит Петр (Полянский).

Дом 19 на улице Остоженка. Москва (Здание, в котором находилась клиника Бакуниных). 2000-е

[Из открытых источников]

Консилиум врачей 9 января отметил, что нахождение в помещении, которое патриарх Тихон занимал в Донском монастыре, ему противопоказано: сырость, низкие потолки, недостаток воздуха. С властями начались переговоры о новом месте проживания. Патриарх высказал просьбу о предоставлении Архиерейского дома в бывшем Богоявленском монастыре, что недалеко от Никольской улицы. Поначалу власть посчитала, что это «слишком близко» от центра и надо «подальше». Но потом все же решено было не препятствовать переезду Тихона в другое помещение, пусть и в центре Москвы. Но перевести в практическую плоскость этот вопрос все никак не удавалось, и потому власти не препятствовали проведению заседаний Синода при патриархе в Донском монастыре.

Освящение мемориальной доски о пребывании патриарха Тихона в клинике Бакуниных (ул. Остоженка, д. 19).

7 апреля 2015

[Из открытых источников]