Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

Если королевские власти пренебрегали своими обязанностями в этом отношении, то местное духовенство восполняло недостачу средств повышенной платой за требы, которую они взимали со своих прихожан. Губернатор дон Браш Балтазар да Силвейра, обратившись к королю по просьбе членов городских советов Минас-Жерайса в июне 1716 г., привел список установленных клириками расценок. Так, с каждого человека-причастника взимали одну драхму золота; те, кто не причащался, уплачивали половину драхмы. Шестнадцать драхм платили за мессу с пением, четыре – за погребальную мессу, три – за венчание, одну – за крещение (не считая подношений) и двадцать – за проповедь. Принимая во внимание, что число клириков было очень небольшим, – в 1712 г. насчитывалось менее 30 приходских священников, – а население довольно значительным, суммы денежных сборов были просто невиданными. Дон Браш также уточнил, что почти всех священников назначал епископ Рио-де-Жанейро, «и большинство из них вели безнравственный образ жизни, будучи воспитанными в Бразилии; их дурной пример был основной причиной того, что местное население жило без Божьего страха». Обращение губернатора, по-видимому, не произвело должного впечатления на короля. Епископу Рио-де-Жанейро было сделано лишь строгое внушение, чтобы он тщательнее подбирал клириков. С другой стороны, нам известно, что в 1726 г. епископ Рио-де-Жанейро направил жалобу королю в связи с делом образцового приходского священника Рибейрана ду Карму. Прихожане на своем собрании приняли решение изгнать священника из-за того, что он не раз обличал их развратную личную жизнь.

Назначение епископа на кафедру Марианы (в 1745 г. им стал Рибейран ду Карму) нисколько не облегчило финансового бремени, возложенного на верующих, если верить анонимному свидетелю. Согласно его сообщению от 1750 г., епископ получал подношений при совершении обрядов крещения и конфирмации на сумму 2600 крузадо в год в виде золота и воска, «которые он немедленно отправлял на продажу по достойной цене». Тот же источник сообщал о годовых доходах епархии более чем в 21 тысячу крузадо. Было распространено мнение, хотя и спорное, что обвинения в алчности духовенства, которые звучали на протяжении всего колониального периода, не имели бы места, если бы корона установила клирикам достаточное жалованье. Средства для этого могли быть взяты из собираемой церковной десятины. Как бы то ни было, но остается непреложным фактом, что Минас-Жерайс продолжает оставаться областью Бразилии, где наиболее ощутимо влияние католицизма.

Еще одним препятствием в деятельности церкви был категоричный запрет королевской власти на учреждение монашеских орденов в Минас-Жерайсе. Этот антицерков-ный подход был беспрецедентным для королей Португалии, которые слыли самыми набожными в христианском мире. Обычно они оказывали самую щедрую помощь этим же орденам повсюду в своих владениях. Минас-Жерайс был единственным местом, где они находились под строгим запретом. Однако он мало что значил для нищенствующих орденов, так как их образ жизни в колониальной Бразилии, как правило, был очень скромным. Однако запрет на деятельность иезуитов был настоящим ударом по образованию молодежи в этой капитании. Первый епископ Марианы основал в 1749 г. семинарию, в которой преподавали латинский язык, моральную теологию и философию. Но когда он попытался расширить программу обучения и увеличить количество учеников и штат преподавателей, губернатор ответил отказом, а король отчасти одобрил. Действие запрета на учреждение монашеских орденов периодически возобновлялось в XVIII в., что указывало, что его не очень-то и соблюдали.

Колониальные власти поощряли, особенно когда они не тратились на это, организацию религиозных процессий и королевских праздников (festas reais), отмечание дат рождений, помолвок и свадеб в королевской семье. Религиозные процессии, в частности, были наиболее любимым развлечением населения Минас-Жерайса, как и повсюду в португалоговорящем мире. Вероятно, самым масштабным и праздничным мероприятием был перенос святых даров из церкви Богоматери Святого Розария в церковь Богоматери Пилар в мае 1733 г. Торжества продолжались больше недели. Участники красочного шествия в масках несли изображения аллегорических персонажей; они шли пешком, передвигались на триумфальных колесницах, гарцевали на конях. Устраивались различные спортивные состязания: скачки и бои быков. Все жители весело отплясывали на улицах под музыку флейт, волынок и гитар.