Золотые правила серебряного возраста. Полное руководство по всем видам физической активности для людей 60+

Я надеюсь, что мой читатель уже понял, что я критически отношусь к любым заявлениям о сверхвысокой продолжительности жизни как в далеком прошлом, так и в ближайшем будущем. Такие люди давно решили, что долгая и здоровая жизнь – задача очень сложная, поэтому легче кормить слушателей баснями о сверхдолголетии, которое почему-то всегда бывает где-то далеко в заморских странах или в генах, что очень удобно: все вопросы к ним. В результате человек думает так: от меня ничего не зависит, поэтому можно пить, курить, не спать ночами, да и к врачам обращаться я не стану, вместо этого обращусь к друзьям, люди у нас добрые, советов надают много.

А ведь с генами все очень непросто. Да, генетическое тестирование уже показало свою важность и ценность в клинической практике. Но одновременно с этим на сегодняшний день нет достаточных научных оснований для использования генетического тестирования для направления в спортивном отборе или точного выявления будущих чемпионов в конкретных видах спорта. Именно поэтому тренерам не рекомендуется использовать генетическое тестирование из-за его недостаточной валидации и воспроизводимости.

Однако про гены можно рассказать много интересного. Генетическая модификация клеток для повышения работоспособности является генным допингом и не должна применяться спортсменами. Правда, в данном случае я пока ничего не сказал про воздействие на эпигенетический уровень, которое можно делать с помощью гипоксиии, то есть когда человек тренируется при пониженном содержании молекул кислорода в дыхательной смеси или просто находится в ней, что меняет работу около 500 генов. В болезни Альцгеймера также можно сказать про обширный полиморфизм генов, причем одни активизируют и продвигают болезнь, а другие, наоборот, задерживают ее развитие.

Возможно, именно тот факт, что в течение последнего века старение изучали исключительно на модельных животных, от мух и червей до аквариумных рыбок и мышек, и привел к тому, что мы пока терпим неудачи на пути достижения долголетия человека. Использование модельного животного и моделирование процесса старения на уровне клетки, где живет крыса, всегда является не только попыткой упростить ответ, но и изучением другой эволюционной конструкции, которая хоть и состоит из тех же биологических реакций-кирпичей, но сложена по-другому.

Выдающиеся советские геронтологи Фролькис и Мурадян в далеком 1988 году написали: «Одна из важнейших задач геронтологии – перенесение полученных данных (с модельных животных. – Прим. автора книги) на человека с его сложной социальной средой и психической деятельностью». Сегодня, спустя 35 лет, стало очевидно, что именно в этом и заключается проблема: такой перенос данных просто невозможен. Это другая конструкция эволюции, где все реакции, как патологические, так и физиологические, а также их сочетания совсем другие, поэтому и живут эти модельные животные другую продолжительность жизни, которая гораздо меньше, чем у Homo sapiens.

Моя личная оценка возможной максимальной продолжительности жизни человека такова: на сегодняшний день для женщин это 117–118 лет, а для мужчин эта цифра чуть меньше и равна приблизительно 114–115 годам. Но и до этих указанных возрастов доживут лишь один-два человека на миллиард родившихся, поэтому такая оценка не имеет отношения к обычному человеку, который сейчас едет рядом с вами в метро. И никакие круглые цифры в 120, 150 и 200 лет в теме продолжительности жизни человека сегодня невозможны, так как конструкция Homo sapiens, созданная миллионами лет эволюции, не рассчитана на службу нашего организма в течение жизни такой длительности даже в самых комфортных условиях.

Таким образом, на сцену выходят механизмы адаптации организма, рассчитанные на определенную длительность жизни, характерную для нашего вида. Именно они обеспечивают нашу жизнеспособность, под которой подразумевается устойчивость организма к воздействию внешних и внутренних факторов, которые могут носить повреждающий характер. Но они не вечные, их надежность имеет временные границы.

СТАРЕНИЕ В ЦЕЛОМ – ЭТО НАРАСТАНИЕ СТЕПЕНИ НАШЕГО НЕСОВЕРШЕНСТВА В ПРОЦЕССЕ СНИЖЕНИЯ НАДЕЖНОСТИ БИОЛОГИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ.

Жить означает постоянную адаптацию к постоянно меняющимся условиям окружающей среды, даже если мы этого не ощущаем. При этом адаптация бывает срочная и долговременная. Все эти механизмы, куда можно отнести и болезнь, то есть патологические или патофизиологические механизмы адаптации, несовершенны, и уровень их несовершенства нарастает с возрастом, при этом все чаще и чаще физиологические механизмы адаптации заменяются патофизиологическими. Старение в целом – это нарастание степени нашего несовершенства в процессе снижения систем надежности биологической системы.