Звонок для родителя. Как дать ребенку качественное образование вне школьных стен

К сожалению, порой даже работники образовательной системы не в курсе, какие формы обучения существуют в нашей стране, и важно напоминать им о своих правах. Вместе с этой мамой мы проработали аргументированный ответ директору школы. В итоге она написала письмо, в котором сослалась на закон «Об образовании», где в статье 17 четко оговорено право семьи на заочную форму обучения. А также, согласно тексту статьи 30, собственные локальные нормативные акты школы не могут ухудшать положение учеников и должны помогать ученикам реализовать свое право на образование. То есть запрещать ту или иную форму обучения по собственной инициативе администрация не имеет права.

Спустя несколько дней директор перезвонила и сообщила, что заочная форма действительно законна и они быстро подготовят все необходимые документы. Тон директора изменился. Она стала доброжелательной и подчеркнула, что «давно следовало ввести в школе такую форму обучения» и теперь они на практике отработают переход на заочное образование.

Впрочем, далеко не всегда учителя, директора или чиновники проявляют понимание и идут навстречу родителям, которые решили давать детям образование вне школьных стен. Часто они полностью уверены, что только государственная школа может обеспечить нужный уровень знаний и «правильную» социализацию. Например, депутат Госдумы, заместитель председателя Комитета по образованию и науке Любовь Духанина заявляла, что «перевод ребенка на семейное обучение – весьма сложное и рисковое решение» и школа «дает более надежную гарантию получить надлежащий уровень образования»[52]. А начальница финансово-экономического управления Минобразования Московской области Ирина Секержинская в 2018 году и вовсе утверждала, что без школы у детей «теряются навыки коммуникативного общения, ухудшается дисциплина, а родителям не хватает достаточных знаний и навыков для составления программы обучения»[53].

Все эти голословные утверждения широко тиражируются в СМИ, хотя чиновники, как правило, не имеют ни опыта, ни знаний по этому вопросу, а порой и вовсе не в состоянии отличить домашнее обучение от семейного или заочного (поэтому при встрече с особо упрямым чиновником можете подарить ему или ей эту книгу, чтобы разобрались в нюансах).

Случаются и совсем неприятные истории, когда госслужащие пренебрегают правами родителей. Например, в Татарстане в 2019 году силовые ведомства вдруг решили взять семейное образование под контроль, потому что главу прокуратуры Илдуса Нафикова насторожил рост популярности этой формы обучения[54]. И действительно, в 2017 году образование в семье получали 606 детей, а в 2021 году таких семей стало уже 881[55].

После этого в Татарстане приняли местные постановления: теперь семейники были обязаны проходить промежуточные аттестации и отчитываться о них администрации[56]. При этом новые подзаконные акты фактически противоречат федеральному закону, а это недопустимо. Но администрация ориентируется на руководство республики, а глава Татарстана Рустам Минниханов не скрывает своего негативного отношения к семейному образованию:

Это не очень хорошо. Мне кажется, что ребенок, который обучается на дому, не получит должного уровня образования, и [возникнет] вопрос социализации, каким он станет дальше – приспособленным или неприспособленным? Мы понимаем, что у родителей есть религиозные предубеждения. У нас есть опыт создания православной гимназии и мусульманская школа. Думаю, эти направления надо развивать, но все эти школы должны придерживаться федерального стандарта. А дома – мы понимаем, как дома учатся[57].

Читать все это более чем удивительно, учитывая невеликие успехи обычных школ. В 2021 году количество двоек по математике (одному из основных предметов) на ОГЭ во многих регионах достигло 30 %[58]. Результаты ЕГЭ тоже не вдохновляют: по данным Рособрнадзора, доля высокобалльных работ (81–100 баллов) от общего числа сдававших ЕГЭ в 2019 году после 11-летнего обучения в школе составила всего 23,5 % по русскому языку, 7,1 % – по математике профильного уровня[59]. В 2022 году ситуация лучше не стала: по данным главы Рособрнадзора Анзора Музаева, из 690 тысяч участников только 6,5 тысячи выпускников получили на экзаменах 100 баллов, то есть меньше 1 %. Из них по 100 баллов за два предмета набрал всего 381 ребенок, и только 16 ребят получили по 300 баллов[60].

И это при том, что каждый третий российский школьник помимо очного обучения в школе занимается дополнительно с репетиторами – от 43 до 65 % старшеклассников![61]