Читаем Звук. Слушать, слышать, наблюдать полностью

Довольно абстрактное определение, которое стоит уточнить, указав на пример традиционных инструментов. Различие между звуками кларнета и флейты, тождественными по высоте, длительности и средней интенсивности, или же между двумя гласными, пропетыми на одной и той же ноте, является, по существу, различием в «гармоническом тембре», причем этот гармонический тембр на физическом уровне хорошо соответствует характерному этажному распределению гармоник над основной нотой в аккорде.

Варган, инструмент, в разных формах встречающийся по всему свету, характеризуется тем, что допускает непрерывные быстрые вариации гармонического тембра (известный гнусавый эффект, который на французском выражается ономатопоэтическим словом «dzoooing»).

Гармонический тембр можно описывать в качестве более или менее тусклого, блестящего, острого, раскатистого – причем такие описания не являются произвольными, они соответствуют основным случаям числа и расположения гармоник.

Гармонический тембр того или иного звука довольно легко выявить, отличить его от массы и охарактеризовать, когда речь о тональных звуках, но в случае комплексных звуков (например, зубчатых) он кажется слишком смешанным с массой звука, чтобы можно было четко его определить и описать. Однако его вариации воспринимаются очень хорошо, например, они возникают в звуке постепенно заполняющегося сосуда, а потому они могут служить фидбэком эрго-слушания.

Два первых морфологических критерия касаются массы звука; два следующих – зернистость и аллюр – связаны с его материей и микроструктурой, с их более мелким темпоральным масштабом.

3.5. Зернистость: третий морфологический критерий

Зернистость звука – это характерная микроструктура звуковой материи, связываемая, к примеру, в случае инструментальных звуков с позицией смычка у струнных, трости у духовых, с движением молоточков у ударных. Это качество звуковой материи, которое, в отличие от массы, есть не у всех звуков, легко понять, сравнив его с его визуальными (зернистость фотографии, видимой поверхности) или с тактильными эквивалентами (зернистость ощупываемой поверхности). Зернистость можно охарактеризовать, в частности, как более или менее «грубую» или «гладкую». Фагот или саксофон-альт в низких нотах, низкий или хриплый голос, многие виды рева или мычанья животных, мурлыканье кота, но также звуки, производимые трением или скоблением, – все они дают характерную зернистость.

И наоборот, «гладкая» нота, изданная скрипкой (гладкая, по крайней мере, для слушателя), или тон телефона не имеют никакой зернистости.

3.6. Аллюр: четвертый морфологический критерий

Аллюр – это легкое колебание всей совокупности качеств звука (высоты, интенсивности и т. д.), которое влияет на его протяженность. Этот критерий является на самом деле обобщением классического понятия вибрато. Пример аллюра – вибрато виолончелиста или певца, но также в своей протяженности могут выделяться характерным аллюром и звуки естественного или же электроакустического происхождения.

Аллюр с точки зрения времени можно описать как критерий ширины или сжатости звука, а с точки зрения амплитуды вариации – критерий его глубины. Классические певцы, голос которых постепенно стареет, часто приобретают глубокое вибрато, и тогда говорят, что голос «блеет». В других вокальных традициях такое блеяние может, напротив, цениться.

В начале третьей части Квартета № 4 Бартока ноты струнных сначала обозначаются как «senza vibrato» (без вибрато), а потом «con vibrato» (с вибрато), и создается впечатление неподвижного звука, который затем начинает течь, или же плоской и неподвижной поверхности воды, по которой расходится волна.

Одна из крупнейших революций в интерпретации старинной и барочной музыки, произошедших за последние полвека, состояла в отказе от систематического вибрато как в вокальных, так и в инструментальных партиях, однако это вибрато сохраняется при исполнении романтической музыки, для которой оно обязательно.

И если все более близкие импульсы в конечном счете образуют итеративный звук, так что между ними возникает зона неопределенности, точно так же очень сжатый (или быстрый) аллюр постепенно «становится» зернистостью, шероховатостью.

3.7. Динамический критерий, пятый морфологический критерий
Перейти на страницу:

Все книги серии История звука

Едва слышный гул. Введение в философию звука
Едва слышный гул. Введение в философию звука

Что нового можно «услышать», если прислушиваться к звуку из пространства философии? Почему исследование проблем звука оказалось ограничено сферами науки и искусства, а чаще и вовсе не покидает территории техники? Эти вопросы стали отправными точками книги Анатолия Рясова, исследователя, сочетающего философский анализ с многолетней звукорежиссерской практикой и руководством музыкальными студиями киноконцерна «Мосфильм». Обращаясь к концепциям Мартина Хайдеггера, Жака Деррида, Жан-Люка Нанси и Младена Долара, автор рассматривает звук и вслушивание как точки пересечения семиотического, психоаналитического и феноменологического дискурсов, но одновременно – как загадочные лакуны в истории мысли. Избранная проблематика соотносится с областью звуковых исследований, но выводы работы во многом формулируются в полемике с этим направлением гуманитарной мысли. При этом если sound studies, теории медиа, увлечение технологиями и выбраны здесь в качестве своеобразных «мишеней», то прежде всего потому, что задачей исследования является поиск их онтологического фундамента. По ходу работы автор рассматривает множество примеров из литературы, музыки и кинематографа, а в последней главе размышляет о тайне притягательности раннего кино и массе звуков, скрываемых его безмолвием.

Анатолий Владимирович Рясов

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука
Призраки моей жизни. Тексты о депрессии, хонтологии и утраченном будущем
Призраки моей жизни. Тексты о депрессии, хонтологии и утраченном будущем

Марк Фишер (1968–2017) – известный британский культурный теоретик, эссеист, блогер, музыкальный критик. Известность пришла к нему благодаря работе «Капиталистический реализм», изданной в 2009 году в разгар всемирного финансового кризиса, а также блогу «k-Punk», где он подвергал беспощадной критической рефлексии события культурной, политической и социальной жизни. Помимо политической и культурной публицистики, Фишер сильно повлиял на музыкальную критику 2000‐х, будучи постоянным автором главного интеллектуального музыкального журнала Британии «The Wire». Именно он ввел в широкий обиход понятие «хонтология», позаимствованное у Жака Деррида. Книга «Призраки моей жизни» вышла в 2014 году. Этот авторский сборник резюмирует все сюжеты интеллектуальных поисков Фишера: в нем он рассуждает о кризисе историчности, культурной ностальгии по несвершившемуся будущему, а также описывает напряжение между личным и политическим, эпицентром которого оказывается популярная музыка.

Марк 1 Фишер

Карьера, кадры
Акустические территории
Акустические территории

Перемещаясь по городу, зачастую мы полагаемся на зрение, не обращая внимания на то, что нас постоянно преследует колоссальное разнообразие повседневных шумов. Предлагая довериться слуху, американский культуролог Брэндон Лабелль показывает, насколько наш опыт и окружающая действительность зависимы от звукового ландшафта. В предложенной им логике «акустических территорий» звук становится не просто фоном бытовой жизни, но организующей силой, способной задавать новые очертания социальной, политической и культурной деятельности. Опираясь на поэтическую метафорику, Лабелль исследует разные уровни городской жизни, буквально устремляясь снизу вверх – от гула подземки до радиоволн в небе. В результате перед нами одна из наиболее ярких книг, которая объединяет социальную антропологию, урбанистику, философию и теорию искусства и благодаря этому помогает узнать, какую роль играет звук в формировании приватных и публичных сфер нашего существования.

Брэндон Лабелль

Биология, биофизика, биохимия
Звук. Слушать, слышать, наблюдать
Звук. Слушать, слышать, наблюдать

Эту работу по праву можно назвать введением в методологию звуковых исследований. Мишель Шион – теоретик кино и звука, последователь композитора Пьера Шеффера, один из первых исследователей звуковой фактуры в кино. Ему принадлежит ряд важнейших работ о Кубрике, Линче и Тати. Предметом этой книги выступает не музыка, не саундтреки фильмов или иные формы обособления аудиального, но звук как таковой. Шион последовательно анализирует разные подходы к изучению звука, поэтому в фокусе его внимания в равной степени оказываются акустика, лингвистика, психология, искусствоведение, феноменология. Работа содержит массу оригинальных выводов, нередко сформированных в полемике с другими исследователями. Обширная эрудиция автора, интерес к современным технологиям и особый дар внимательного вслушивания привлекают к этой книге внимание читателей, интересующихся окружающими нас гармониями и шумами.

Мишель Шион

Музыка

Похожие книги

Музыка как судьба
Музыка как судьба

Имя Георгия Свиридова, великого композитора XX века, не нуждается в представлении. Но как автор своеобразных литературных произведений - «летучих» записей, собранных в толстые тетради, которые заполнялись им с 1972 по 1994 год, Г.В. Свиридов только-только открывается для читателей. Эта книга вводит в потаенную жизнь свиридовской души и ума, позволяет приблизиться к тайне преображения «сора жизни» в гармонию творчества. Она написана умно, талантливо и горячо, отражая своеобразие этой грандиозной личности, пока еще не оцененной по достоинству. «Записи» сопровождает интересный комментарий музыковеда, президента Национального Свиридовского фонда Александра Белоненко. В издании помещены фотографии из семейного архива Свиридовых, часть из которых публикуется впервые.

Автор Неизвестeн

Биографии и Мемуары / Музыка
Новая критика. Контексты и смыслы российской поп-музыки
Новая критика. Контексты и смыслы российской поп-музыки

Институт музыкальных инициатив представляет первый выпуск книжной серии «Новая критика» — сборник текстов, которые предлагают новые точки зрения на постсоветскую популярную музыку и осмысляют ее в широком социокультурном контексте.Почему ветераны «Нашего радио» стали играть ультраправый рок? Как связаны Линда, Жанна Агузарова и киберфеминизм? Почему в клипах 1990-х все время идет дождь? Как в баттле Славы КПСС и Оксимирона отразились ключевые культурные конфликты ХХI века? Почему русские рэперы раньше воспевали свой район, а теперь читают про торговые центры? Как российские постпанк-группы сумели прославиться в Латинской Америке?Внутри — ответы на эти и многие другие интересные вопросы.

Артем Абрамов , Алексей Царев , Марко Биазиоли , Михаил Киселёв , Александр Витальевич Горбачёв

Музыка / Прочее / Культура и искусство