1942 год. Работа над ошибками

Г.К. Жуков по этому поводу вспоминал: «Сталин, не дав закончить полностью доклад Шапошникову, сказал: «Мы не должны ждать, пока немцы нанесут удар первыми, надо нанести ряд ударов на широком фронте, измотать противника и сорвать его наступательные планы… Жуков предлагает развернуть наступательную операцию в районе Вязьма – Ржев – Ярцево, а на остальных фронтах обороняться. Я думаю, что это полумера». Слово взял С.К. Тимошенко… Доложив обстановку на юго-западном направлении, Тимошенко сказал: «Я и Военный совет юго-западного направления считаем, что мы сейчас в состоянии и должны нанести немцам на юге упреждающий удар и расстроить их наступательные планы, так сказать, захватить инициативу в свои руки. Если мы не нанесем упреждающего удара, то наверняка повторится печальный опыт начала войны»…

Когда мы вышли из кабинета Сталина в приемную, Б.М. Шапошников мне сказал: «Вы напрасно, батенька мой, спорили. Вопросы упреждающего удара наших войск на юге, по существу, были Верховным уже решены с Тимошенко и Хрущевым».

А.М. Василевской вспоминал: «К середине марта Генеральный штаб завершил все обоснования и расчеты по плану операции на весну и начало лета 1942 года. Главная идея плана: активная стратегическая оборона, накопление резервов, а затем переход в решительное наступление. В моем присутствии Б.М. Шапошников доложил план Верховному Главнокомандующему, затем работа над планом продолжалась. Ставка вновь обстоятельно занималась им в связи с предложением командования Юго-Западного направления провести в мае большую наступательную операцию силами Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов. В результате И.В. Сталин согласился с предложением и выводами начальника Генерального штаба. В то же время было принято решение: одновременно с переходом к стратегической обороне предусмотреть проведение на ряде направлений частных наступательных операций, что по мнению Верховного главнокомандующего, должно было закрепить успехи зимней кампании, улучшить оперативное положение наших войск, удержать стратегическую инициативу и сорвать мероприятия гитлеровцев по подготовке нового наступления летом 1942 года. Предполагалось, что все это в целом создаст благоприятные условия для развертывания летом еще более значительных наступательных операций Красной армии на всем фронте от Балтики до Черного моря.

Обоснованные данные нашей разведки о подготовке главного удара врага на юге не были учтены. На Юго-Западное направление было выделено меньше сил, чем на Западное. Стратегические резервы соответственно сосредоточивались в основном возле Тулы, Воронежа, Сталинграда и Саратова. Критически оценивая теперь принятый тогда план действий на лето 1942 года, вынужден сказать, что самым уязвимым оказалось в нем решение одновременно обороняться и наступать.

Мы тщательно следили за планами германского командования. Соотношение сил на советско-германском фронте к маю было следующее: Красная армия имела 5,1 млн человек (без войск ПВО страны и Военно-Морского флота), почти 3,9 тыс. танков, 44,9 тыс. орудий и минометов и около 2,2 тыс. боевых самолетов. Немецко-фашистская армия имела – 6,2 млн человек, 3229 танков и штурмовых орудий, до 57 тыс. орудий и минометов и 3395 боевых самолетов. Таким образом, к началу летней кампании превосходство в людях было на стороне врага, в танках – у нас[23].

Трудности, связанные с развитием фронтовых наступательных операций конца 1941 – первых месяцев 1942 года, заставили генштабистов задуматься о многом. В частности, о необходимости создания более крупных танковых соединений как средства развития тактического успеха в оперативный. Результатом этого стало формирование танковых корпусов, соответствующая директива НКО была подписана 31 марта 1942 года.

Как и следовало ожидать, 1-й танковый корпус начал формироваться в Москве и Липецке на основе 1-й гвардейской танковой бригады М.Е. Катукова, который и был назначен командиром этого корпуса. В его подчинение были переданы 89-я бригада тяжелых танков ВК, 49-я танковая бригада и 1-я мотострелковая бригада. В результате этого в данном соединении удалось сконцентрировать 181 танк (24 КВ, 88 Т-34 и 69 легких танков). Формирование 2-го танкового корпуса велось в городе Горьком (командир генерал-майор А.И. Лизюков). В его состав вошли 169-я тяжелая, 26-я и 99-я и танковые, 58-я мотострелковая бригады. Корпус насчитывал порядка 170 танков. Затем началось формирование и других танковых корпусов.

Основным средством подавления вражеской обороны при прорыве ее главной полосы оставалась артиллерия. Однако операции начала 1942 года выявили серьезные недостатки в ее боевом применении при ведении наступления объединениями и соединениями. Во-первых, имевшаяся артиллерия не группировалась в масштабе дивизий, а примерно равномерно распределялась между полками первого эшелона. В результате этого ее общие плотности, по опыту наступления 10-й армии Западного фронта, не превышали 9 орудий и минометов на 1 километр фронта, а на участках прорыва – 30—40 орудий и минометов на 1 километр фронта.