А что скажут люди? Как преодолеть страх чужого мнения и наконец стать собой

Если мы так плохо угадываем мысли самых близких нам людей, представьте, как плохо мы угадываем, что думают о нас наши друзья, начальники, коллеги, наставники и незнакомцы.

Мы тратим много времени и умственных ресурсов, зацикливаясь на вещах, в которых, скорее всего, ошибаемся. Как человек, работающий с людьми, которые достигли выдающихся результатов, могу сказать, что никогда не сталкивался с теми, кто добился выдающихся результатов в умении читать мысли. На самом деле в этом мы все плохо разбираемся.

Широко распространенная вера в то, что мы знаем

, о чем кто-то думает, и что он думает о нас, часто оказывается той искрой, которая разжигает огонь FOPO. Мы упреждающе действуем или реагируем на свои мысли, которые могут оказаться как правдой, так и ложью. Мы уверены, что знаем, как кто-то к нам относится, но, пока он не выскажет мысли вслух, наше «знание» – всего лишь предположение. Чаще всего мы просто собираем свои мысли в канву того нарратива, который придает смысл миру в этот момент. Это просто наша интерпретация опыта. И эта интерпретация чаще всего бывает не до конца верной, искаженной или откровенно ошибочной. По словам лауреата Нобелевской премии психолога Даниэля Канемана, «мы, как правило, слишком самоуверенны в своих мнениях, впечатлениях и суждениях. Мы преувеличиваем степень познаваемости мира»[89].

<p>Лучше спросить, чем додумывать</p>

Может быть, надо просто поставить себя на место другого человека, чтобы понять, что происходит в его голове. Эпли провел серию экспериментов вместе с доктором Мэри Штеффель и Таем Эялем, чтобы выяснить, позволяет ли активное принятие точки зрения другого человека более точно предсказывать его мысли, чувства, установки и другие психические состояния[90]

. Дейл Карнеги подталкивал читателей в этом направлении в своем классическом руководстве по мотивации 1935 года «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей»[91]. Его восьмой принцип гласит: «Честно попытайтесь увидеть вещи с точки зрения другого». Кажется логичным, что если мы честно представим себе психологическую точку зрения другого человека, то лучше поймем, что происходит в его голове.

На самом деле, не совсем так.

Результаты их экспериментов не выявили никаких доказательств того, что систематически активное рассмотрение точки зрения другого человека повышает способность читать чужие мысли. «Если мы что-то и поняли, так это то, что рассмотрение ситуации с точки зрения других людей снижало общую точность, но иногда повышало уверенность в собственных суждениях»[92]

.

Что на уме у другого человека? Что мешает нам по-настоящему узнать их мнение и понять намерения и смысл их слов? Мы пытаемся расшифровать самую сложную и адаптивную систему во Вселенной. В человеческом мозге насчитывается около 86 миллиардов нейронов. По словам В.С. Рамачандрана, нейробиолога и директора Исследовательского центра высшей нервной деятельности при Калифорнийском университете в Сан-Диего, каждый нейрон может быть напрямую связан с примерно 1000–10 000 других нейронов через синапсы [93].

Учитывая сложность человеческого разума, Эяль, Штеффель и Эпли выделили одну рабочую стратегию, которая помогает понять, что творится в голове другого человека.

Расспрос.

Вместо того чтобы пытаться поставить себя на место другого, спросите его. Наиболее точное понимание мыслей, слов, убеждений и мнений другого человека можно получить, попросив его описать то, что «происходит у него в голове в таком контексте, чтобы он мог честно и точно сообщить об этом»[94].

Если вам интересно чье-то мнение, перестаньте гадать, спросите напрямую и слушайте ответ.

Я мог бы извлечь пользу из этого совета в ситуации с моим наставником. Если бы я спросил его напрямую о его мнении много лет назад, а не принимал за истину свою интерпретацию, я бы только выиграл. Я бы не обязательно узнал правду о его опыте, но, возможно, лучше понял бы правду о собственном. То, как мы интерпретируем чье-то мнение, часто говорит больше о нас самих, чем о человеке, который это мнение высказал. Но мы этого не осознаем. Наша интерпретация становится «правдой», и мы теряем способность проявлять любопытство в этом вопросе. Мы погружаемся в свое повествование и фокусируемся на антагонисте истории, а не на себе.

Напрямую спросив своего наставника, я бы получил более полное и точное представление о его мыслях и чувствах. Возможно, это подарило бы мне возможность хотя бы просто поддерживать с ним отношения, а может, и сделать их более глубокими, чем раньше. Может, если бы я копнул глубже, то обнаружил бы, что он разделяет мое желание дестигматизировать психологию. Кто знает? Все возможно. Несомненно одно, что моя реакция (отчуждение) закрыла двери для любой возможности иметь с ним отношения.