Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Тем не менее, очевидцы, которым было что сравнивать, свидетельствовали, что порядка в тылу А.В. Колчака в целом было больше, чем в тылу А.И. Деникина. При всем уважении к генералу А.И. Деникину как к полководцу и патриоту, прибывшие летом 1919 года из деникинского Екатеринодара в колчаковский Омск представители Национального центра отмечали, что у Колчака значительно лучше организованы хозяйственная жизнь и транспорт, чем у Деникина (хотя и у Колчака они оставляли желать лучшего) [445].

Экономика

В экономической и социальной политике правительства А.В. Колчака, в противоположность относительно консервативной «общей» политике, четко прослеживалась либеральная ориентация, но с признанием обязанности государства заботиться о малоимущих и ограждать их интересы от произвола сильных мира сего. Что лишний раз доказывает, что политический консерватизм вполне способен уживаться с экономическим либерализмом. Основой этого, обоснованного колчаковскими идеологами синтеза было убеждение, что имущественное уравнение, пропагандируемое социалистами и коммунистами, лишает человека стимула к производительной работе. Но разве это не так? Разве советская власть не потерпела в итоге закономерный крах «благодаря» неконкурентоспособной экономике, превращенной в монополию государства (читай: чиновников) и лишенной реальных стимулов к соревнованию, вследствие чего советская промышленная продукция, от бытовой техники до автомобилей, не выдерживала никакого сравнения с западными аналогами? Исключение составляли предприятия «оборонки», ибо здесь конкуренцию подстегивало противостояние с Западом на грани ядерной войны. И разве в современных, подверженных влиянию левых социалистов странах Запада многочисленные «профессиональные» безработные, включая мигрантов, не превратились в тунеядцев, живущих годами на «вэлфер» за счет налогов нормальных рабочих?

Недаром один из ведущих идеологов колчаковского режима, неоднократно упоминавшийся В.А. Жардецкий остроумно сравнивал понятие «научный социализм», как лишенное смысла, с выражениями «мудрый идиот» и «красноречивый немой», и напоминал, что именно развитие капитализма породило избыток доходов государства, сделавший возможным социальную помощь правительств обездоленным. Социалисты же увидели в этом «начало конца капитализма» и стали пропагандировать уравнительно-распределительный строй, который тот же автор называл «раем запуганного бездельника»[446].

Как же строилась экономика при Колчаке? В вопросе о собственности еще его предшественники вернули «национализированные» большевиками частные промышленные и торговые предприятия и банки их прежним владельцам, восстановили свободу торговли, хотя, будучи под влиянием тех же левых (эсеров и проч.), обставили это рядом ограничений.

Адмирал, придя к власти, пошел дальше: в декабре 1918 года он отменил государственное регулирование хлебной, мясной и масляной торговли[447]. И хотя перечисленные продукты после этого подорожали, но зато перестали быть дефицитом для голодных очередей (как и после «либерализации цен» 1992 года). Была сохранена госмонополия только на сахар (временно) и на спиртное – образованный читатель вспомнит, что водка стала монополией государства еще до революции, после реформы С.Ю. Витте 1894 года, из соображений доходности бюджета. При этом правительство Колчака отменило введенный с начала Первой мировой войны «сухой закон» как экономически нецелесообразный и в декабре 1918 года возобновило продажу водки («казенного вина»), а затем и виноградных вин и пива[448]. Частная торговля водкой разрешалась лишь на Дальнем Востоке, т. к. там отсутствовала система казенной водочной торговли[449].

В этом смысле правительство адмирала действовало решительнее, чем окружение А.И. Деникина (в других вопросах, как мы видели, напротив, одержимого ложными либеральными комплексами): на Юге России значительно позднее (в июле 1919 года) была восстановлена свобода торговли, а отдельные товарные монополии сохранялись и позже[450].