Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Как же развивались военные действия на Восточном фронте? Известный советский миф о «трех походах Антанты», сложенный в сталинскую эпоху, гласил, будто военные действия белых на всех фронтах велись по общему плану, который координировали военные представители держав Антанты: сначала наносили главный удар на Востоке, а на Юге и других фронтах – вспомогательные, потом, когда этот план потерпел крах, распределили роли наоборот. На самом деле никакой планомерной координации действий между белыми армиями Колчака, Деникина, Юденича и Миллера не было из-за отсутствия территориального единства и прямой телеграфной связи между ними. Красноречивый факт: после официальной декларации генерала А.И. Деникина о подчинении А.В. Колчаку южные отделения Национального центра, Совета государственного объединения России и Союза возрождения России приняли 5 июня 1919 года совместную декларацию в поддержку его правительства, но Колчак ее получил лишь 25 сентября, т. е. почти через 3 месяца. И даже телеграммы от Колчака к Деникину и обратно шли окольными извилистыми путями через весь земной шар, как уже говорилось, по 2–3 суток. В стремительно менявшихся условиях Гражданской войны такая разорванность во времени вела к удручающим последствиям.

На самом деле наступления велись там, где оказывалось больше сил и где более уязвим был противник. Сначала успех сопутствовал колчаковской армии, потом, когда красные перебросили против нее все свои резервы и сломали ей хребет, ударная роль перешла к армии А.И. Деникина, пока ее не постигла та же участь. А Запад больше помогал тем из белых армий, которые на данный момент были сильнее и удачливее. И сам этот сталинский миф создавался лишь затем, чтобы подчеркнуть другой миф, политически выгодный большевикам, – о якобы руководящей роли «западных империалистов» по отношению к Белому движению. В реальности же о полном отсутствии единства и согласованности в отношении и действиях держав Антанты по русскому вопросу (подробно мы рассмотрели этот вопрос в предыдущей главе) говорят и мемуары их представителей при Колчаке, и работы западных историков (Р. Пайпса, Дж. Кеннана, П. Флеминга, Н. Перейра и др.).

Поначалу Ставка Верховного главнокомандующего ошибочно направила основной удар на север, в расчете соединиться с находившимися в Заполярье белой армией генерала Е.К. Миллера и английским экспедиционным корпусом. В конце декабря 1918 года стремительным ударом войск 1-го Средне-Сибирского армейского корпуса генерал-майора Анатолия Николаевича Пепеляева (одного из наиболее молодых и способных генералов колчаковской армии), в жестокие морозы преодолевшей за две недели более 100 верст, была взята Пермь. Здесь красным войскам было нанесено тяжелое поражение, захвачено более 30 тыс. пленных и огромные трофеи: 120 пушек, свыше 1 тыс. пулеметов, 180 поездных составов, 9 бронепоездов и весь обоз разбитой 3-й Красной армии[682]. На некоторых участках фронта красные войска в результате поражения достигли полной деморализации, иногда сдавались в плен целые полки (4-й Камский полк).

Генерал Анатолий Николаевич Пепеляев

[Из открытых источников]

Премьер-министр Франции Жорж Клемансо лично поздравил Верховного правителя телеграммой с взятием Перми. А колчаковский премьер Петр Вологодский в интервью прессе даже приравнял взятие Перми к походам А.В. Суворова.

Но дальнейшее наступление в направлении на Вятку было остановлено красными. Для расследования причин сдачи Перми ЦК партии большевиков направил чрезвычайную комиссию в составе Ф.Э. Дзержинского и И.В. Сталина, которые крутыми мерами сумели восстановить дисциплину и порядок в войсках. Кроме того, неблагоприятная обстановка, сложившаяся в Поволжье, где белые вынуждены были оставить Уфу и Оренбург, заставила колчаковскую Ставку усилить войска на этих направлениях и приостановить активность на северном участке. К концу января 1919 года на основных участках фронта наступило затишье.

В последующем Колчак провел мобилизацию и на время достиг численного превосходства над красными. К маю 1919 года его войска на фронте составляли 150 тыс. солдат и офицеров (120 тыс. пехоты и 30 тыс. конницы), 270 орудий и тысячу пулеметов; правда, к тому времени перевес был уже опять у красных. Его войска на растянувшемся на 1 400 км фронте составляли 4 армии: на центральном направлении – Западная армия генерала от артиллерии М.В. Ханжина (бывшая Народная армия Комуча), на северном – Сибирская армия генерал-лейтенанта Р. Гайды (перешедшего с чешской службы на русскую), на южном – две сравнительно небольшие казачьи армии: Оренбургская (атамана А.И. Дутова, одновременно занимавшего пост походного атамана всех казачьих войск) и Уральская атамана В.С. Толстова, а также отдельный Степной корпус.