Адмирал Колчак. Драма Верховного правителя

Им противостояли 6 армий красного Восточного фронта (1-я, 2-я, 3-я, 4-я, 5-я и Туркестанская) под общим командованием бывшего полковника Генерального штаба С.С. Каменева (позднее его сменил бывший генерал-майор В.А. Ольдерогге, а Каменев занял пост главнокомандующего Вооруженными силами республики, сменив в этом качестве бывшего полковника И.И. Вацетиса в июле 1919 года). Нередко приезжал на фронт председатель Реввоенсовета республики, фактический глава Красной армии Л.Д. Троцкий.

По количеству же военной техники белые постоянно уступали красным, несмотря на широко разрекламированную помощь союзников. В армиях Колчака численность артиллерийских орудий составляла всего ¹/₃ от нормы, и это признавали наиболее честные советские историки, вроде Н.Е. Какурина и Г.Х. Эйхе. Вопрос о вооружениях стоял настолько остро, что 15 сентября 1919 года колчаковский Совет министров принял постановление о смертной казни за умышленную порчу военного имущества в военное время (во изменение ст. 260 Воинского устава о наказаниях и ст. 298 Свода морских постановлений)[683]. Справедливости ради надо отметить, что и у красных не все обстояло с этим благополучно. Так, сводки колчаковской разведки сообщали, что при изобилии винтовок и патронов красные испытывают определенную нехватку артиллерийских снарядов и обмундирования[684].

Как уже отмечалось, из круга всех вопросов Колчак выделял военный. Он не только занимался военными операциями, но и следил за состоянием военного производства, совершал регулярные поездки по оборонным заводам и на фронт. Военными вопросами он не переставал заниматься даже во время длительного и тяжелого воспаления легких в декабре 1918 – январе 1919 года. В своем кругу адмирал говаривал, что на фронте он отдыхает. У него, военного, тыловые правительственные интриги вызывали чувство брезгливости.

Генерал Радола Гайда

[Из открытых источников]

О личном влиянии Колчака на солдатскую и матросскую среду сохранились противоречивые мнения. Военный министр барон А.П. Будберг, критиковавший всех и вся, считал, что «говорить с солдатами он не умеет… голос глухой, неотчетливый, фразы слишком ученые, интеллигентные»[685]. Морской министр адмирал М.И. Смирнов, наоборот, называл его «прекрасным военным оратором… способным увлекать за собой массы»[686]. А полковник легендарной Ижевской дивизии А.Г. Ефимов так вспоминал о встрече Верховного правителя с солдатами-ижевцами в августе 1919 года: «Он старался объяснить цели борьбы с большевиками, хотел сказать что-то о положении рабочих, но смешался и смутился. Ижевцы постарались выручить адмирала – послышались голоса: “Не надо говорить”, “Мы вам верим”, “С вами пойдем до конца” и т. д.»[687].

Атаман Александр Ильич Дутов

[Из открытых источников]

Речь Верховного правителя адмирала А.В. Колчака в Михайловском полку

12 августа 1919

[ГА РФ. Ф. 10073. Оп. 2. Д. 482. Л. 1 об.]

Метаморфозы противника

К тому времени Красная армия уже представляла собой серьезную силу. Показательно, как изменились взгляды большевиков на устройство армии со времени прихода их к власти. Поначалу, ведя борьбу за эту власть в 1917 году, они всемерно способствовали разложению армии через введенные тогда солдатские комитеты. Придя к власти, они сами поняли, что управлять такой армией невозможно, и начали создавать новую, Красную армию уже на условиях прежней регулярной дисциплины. Первое время в ней еще имели место анархические и митинговые тенденции, но после ряда поражений на фронте большевики взялись за дело круто. Возглавивший Красную армию второй по значению лидер большевиков Л.Д. Троцкий проявил себя не только революционным лидером и оратором, но и талантливым военным организатором. В армии были восстановлены, как и у белых, прежняя суровая дисциплина и регулярная организация, даже отдание чести, не было только погон и воинских званий. В частях, опозоривших себя на поле боя, по приказу Троцкого расстреливали каждого десятого по списку. Ни о каких комитетах и армейской «демократии» больше не было и речи. Сводки колчаковской разведки сообщали, что у красных теперь «адская дисциплина, приказания исполняются беспрекословно… Никаких митингов по инициативе красноармейцев нет»[688]. Вопреки сопротивлению недоумков из среды слишком революционных коммунистов и недовольству красноармейцев, Троцкий привлек на командные должности старых военных специалистов.