Александр Блок в воспоминаниях современников. Том 2

шел на Офицерскую, как всегда, вечером. Дверь открыла

Александра Андреевна. После приветствий она сказала:

— Сашеньки нет дома, он предупредил, что запоздает,

его вызвали на какое-то заседание. Любы тоже нет дома.

Посидите у меня, пока Сашенька вернется.

Александра Андреевна заботливо усадила меня, про

все расспросила, вспомнила, что последний ее рассказ

был об увлечении Блока актерской игрой. Не спеша она

продолжала прерванный рассказ о шекспировских спек­

таклях в Боблове (соседнее с Шахматовом имение

Д. И. Менделеева) и о начавшейся дружбе Блока с Лю­

бовью Дмитриевной Менделеевой.

Когда речь зашла о том, как Блок волновался всякий

раз, примеряя свой театральный костюм и накладывая

303

грим, голос Александры Андреевны начал вдруг падать,

и последние слова она произнесла так тихо, что ее едва

было слышно. Я подумал, что ей сделалось дурно,

и бросился принести воды, но Александра Андреевна

остановила меня:

— Ничего, ничего, мне показалось...

Скоро голос ее опять окреп, и она продолжала рас­

сказ. Но ей все время что-то мешало, она несколько раз

останавливалась, к чему-то прислушивалась: видно, что-

то ее тревожило.

— Знаете, с Сашенькой что-то с л у ч и л о с ь , — чуть

слышно проговорила она, при этом голова ее поникла,

глаза закрылись и пальцы она прижала к вискам.

Я подумал, что Александра Андреевна напрягается,

чтобы увидеть или представить себе, что именно случи­

лось с Сашенькой.

В таком положении она оставалась минуту или две,

потом вдруг подняла голову, широко раскрыла глаза,

повернулась лицом к двери и воскликнула:

— Сашенька, что случилось с тобой?

Машинально вслед за Александрой Андреевной я

тоже повернул голову, но дверь по-прежнему была закры­

та, и только спустя минуты две я услышал, как хлопнула

входная дверь с лестницы, резко раскрылась дверь в ком­

нату, и неожиданно вбежал бледный и крайне взволно­

ванный Александр Александрович.

Мария Андреевна Бекетова (тетка Блока) как-то рас­

сказывала, что Александра Андреевна и ее сын облада­

ют способностью предвидеть какие-то события и на рас­

стоянии чувствуют тревогу и волнение друг друга. Тогда

я скептически отнесся к такой способности, хотя и заме­

чал иногда за Александрой Андреевной необычную тре­

вожную впечатлительность.

Сейчас я убедился, что контакт между матерью и сы­

ном на расстоянии действительно существовал.

...Не заметив меня, Блок сразу обратился к матери,

будто ее вопрос он услышал еще на лестнице:

— Сегодня весь день очень тяжелый: отовсюду тре­

вожные слухи и мрачные рассказы. А когда шел сейчас

домой, на улицах из подворотен, подъездов, магазинов,

из всех щелей — отовсюду выползали звуки омерзитель­

ной пошлости, какие-то отвратительные фокстроты и до­

морощенная цыганщина. Я думал, что эти звуки давно и

навсегда ушли из нашей ж и з н и , — они еще живы... Ма-

304

ма, неужели все это возвращается? Это страшно!.. Ска­

ж и т е , — вдруг обратился Блок ко м н е , — неужели вы ни­

чего этого не замечали?

Я никогда не видел Александра Александровича таким

встревоженным. Вместе с Александрой Андреевной я пы­

тался успокоить его, но нам это не удалось. Весь вечер

Александр Александрович был взбудоражен, казалось,

он никак не может отделаться от преследовавших его

звуков.

Происхождение «омерзительных пошлых звуков», так

взволновавших Блока, было ему хорошо известно. Звуки

эти с недавнего времени «выползали из щелей» разных

кафе, возникших на улицах Петербурга вскоре после

объявления нэпа. Вместе с «пошлыми звуками» на свет

вылезли и люди, прятавшиеся до того по темным углам.

Это были спекулянты, валютчики и прочий уголовный

сброд.

Чтобы объяснить состояние Александра Александро­

вича в тот вечер, нужно рассказать о первых внешних

проявлениях нэпа на улицах Петербурга, как упорно

продолжали называть Петроград коренные его жители.

НАЧАЛО БОЛЕЗНИ БЛОКА

В апреле 1921 года здоровье Александра Александро­

вича заметно ухудшилось: он часто уставал и жаловался

на боли в сердце.

Все лишения последних лет, пережитые поэтом, по­

дорвали его крепкий от природы организм.

Все это случилось как-то неожиданно, сразу.

Врач установил, что болезнь сердца явилась в резуль­

тате перегрузки нервной системы, а признаки цинги —

от нехватки в питании некоторых продуктов — мяса и

жиров.

Продовольствие Блок получал по карточкам, как и

все граждане, по существовавшей тогда единой обще­

гражданской норме. Дополнением к этой норме были

пайки, которые выдавались некоторыми организациями

своим сотрудникам. В пайки входили только ненормиро­

ванные продукты: селедка или вобла и редко когда —

мороженая картошка.

Блок получал два, а иногда три таких пайка: по

Дому ученых как писатель, по Большому драматическому

305

театру как служащий, а в последнее время он получал

еще паек по журналу «Красный милиционер».

...Журнал «Красный милиционер» издавался Отделом

управления Петросовета по инициативе заведующего от­

делом, молодого человека большой культуры и инициати­

вы Б. Г. Каплуна. К работе в журнале «Красный мили­

ционер» были привлечены виднейшие литераторы и

художники.

Здесь уместно сказать, что забота о культурном росте