Читаем Австралия. Полная история страны полностью

Тростниковая жаба, она же жаба-ага, представляет собой крупное ядовитое земноводное. Кожные железы жабы (наиболее крупные находятся по бокам от глаз) выделяют весьма токсичный яд. Взрослые особи могут весить больше килограмма, а рекордсменка-великанша весила 2 650 граммов. Серьезное, надо признать, животное, которое крайне не рекомендуется брать в руки, а об употреблении в пищу и речи быть не может. Индейцы Южной Америки использовали (а может, где-то используют и сейчас) концентрированный яд тростниковой жабы для смазывания наконечников стрел и дротиков, что делало любую нанесенную рану смертоносной. Никакой другой пользы от этих созданий получить нельзя. Отдельные энтузиасты занимаются изготовлением различных изделий из жабьей кожи, некоторые даже куртки и плащи шьют, но возиться приходится много, а по прочности жабья кожа сильно уступает овечьей.

Разумеется, те, кто решил запустить жаб на благословенную австралийскую землю, прекрасно знали об их ядовитости, но рассматривали это свойство как полезное: ядовитых жаб не будут массово истреблять хищники, следовательно, они хорошо приживутся на плантациях тростника.

Хорошо приживутся? О, даже очень хорошо! Так хорошо, что всем соседям станет плохо!

На плантациях тростника? О, какая потрясающая наивность! На сегодняшний день ареал обитания тростниковой жабы тянется широкой полосой от Дарвина [72] до Сиднея, и это пока еще не предел!

Сначала жаб размножали в неволе, пока их число не дошло до 60 000 (на это потребовалось менее двух лет, поскольку размножаются жабы быстро), а затем выпустили на плантации. Очень скоро выяснилось, что к жукам-вредителям жабы большого интереса не проявляют, предпочитая поедать других насекомых, но это стало наименьшим из неприятных сюрпризов.

Австралийские условия оказались для жаб благоприятными, что привело к активному их размножению. Если пользы от жаб не было никакой, то вреда от них вышло много. Прежде всего, был нанесен огромный ущерб местной фауне. Хищники, не знакомые прежде с жабами, пытались употреблять их в пищу и погибали, а массовая гибель хищников приводит к нарушению экологического баланса. Кроме того, тростниковые жабы оказались весьма инвазивным биологическим видом: они вытесняли других животных из мест своего обитания, лишая природу многообразия. Одних жабы поедали, а других оставляли без пищи.

Распространившись по северу и востоку материка, жабы в настоящее время занимают территорию площадью свыше 1 000 000 квадратных километров, на которой обитает около 1,5 миллиардов особей (а началось все с каких-то 60 000 каких-то восемьдесят лет назад). Скорость распространения жаб неуклонно возрастает. В сороковых годах ХХ века она составляла около 10 километров в год, а сейчас дошла до 60. Увеличению скорости способствуют эволюционные изменения: задние лапы жаб становятся длиннее и мощнее, что позволяет им передвигаться быстрее. Впору заподозрить, что естественным отбором управляют какие-то силы зла, но на самом деле все очень просто: наиболее быстрые и выносливые особи первыми попадают в богатые пищей места и питаются лучше своих «коротколапых» собратьев. А тот, кто лучше питается, живет дольше и чаще совокупляется, иначе говоря – оставляет больше потомства. Со временем в популяции начинают преобладать «длиннолапые» особи.

Кстати говоря, в ходе одного из экспериментов было установлено, что в сухую погоду жабы могут преодолевать за ночь около 2 километров! И это при том, что длина взрослых особей в среднем составляет 13 сантиметров. Получается, что за сутки (днем жабы обычно отдыхают) жаба способна преодолевать расстояние в 15 тысяч раз превышающее длину ее тела!

Чего только не пробовали австралийцы для борьбы с жабами, начиная с простого отлова и заканчивая распылением ядов, но ни один способ не дал желаемого результата – даже не полного, а какого-то значимого снижения поголовья. Если и удается очистить какой-то участок местности, то очень скоро жабы заселяют его заново.

Помимо разработки способов уничтожения жаб, Министерство окружающей среды Австралии пытается отучить хищников от употребления тростниковых жаб в пищу. На сегодняшний день наиболее действенным способом считается раскладывание «сосисок» из обезвреженного мяса тростниковой жабы с добавлением веществ, вызывающих рвоту.

Тростниковая жаба стала одним из символов штата Квинсленд и жаргонным прозвищем его жителей. В Таунсвилле, неофициальной столице Северного Квинсленда, ежегодно проводится День жабы, во время которого жители города соревнуются в ловле жаб. Победителем считается тот, кому удается поймать самый большой экземпляр. Хорошо, когда у людей получается относиться к проблемам с юмором. Некоторые квинслендцы даже называют свой штат Тодслендом [73] – вот до чего доходит их непредвзятость.

Хочется верить, что четвертой «экологической трагедии» в Австралии не произойдет. Впрочем, кто знает.

Глава одиннадцатая

Австралийские колонии во второй половине XIX века

Конец каторги

Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное