Австралия. Полная история страны

Разумеется, рано или поздно должны были возникнуть тенденции объединения разрозненных колоний в единое государство. Да, колонии конкурировали друг с другом, и условия жизни в них сильно различались, но в то же время различия постепенно сглаживались, экономические интересы колоний сплетались в один тугой клубок, а проблемы, которые ставила перед австралийцами жизнь (вспомним хотя бы кроликов), требовали координации усилий по их решению. Кроме того, таможенные барьеры стали серьезной помехой в развитии торговли и всей экономики в целом.

Первым шагом к объединению стала первая межколониальная (то есть общеавстралийская) торговая выставка, состоявшаяся в 1870 году в Сиднее. Логическим продолжением межколониальных выставок стала Сиднейская международная выставка 1879 года, в которой, кроме австралийских колоний, приняли участие более двадцати стран.

Кроме экономических соображений, к объединению подталкивали и политические, в первую очередь – соображения безопасности. Власти колоний понимали, что им нужна надежная военная защита от морских вторжений, обеспечить которую можно было лишь сообща. От кого собирались защищаться австралийцы? В первую очередь от России и США, стремившихся утвердить свое влияние в южной части тихоокеанской акватории, а также от японцев, которые после прекращения своей добровольной изоляции начали вести себя весьма агрессивно. Угрозу создавали и объединившаяся Германия, которая не скрывала своих завоевательских планов и в рамках этого захватила северо-восточную часть Новой Гвинеи, и Франция, добавившая к своим колониальным владениям Новую Каледонию. Премьер-министр Нового Южного Уэльса Генри Паркс, вклад которого в дело объединения колоний трудно переоценить, не раз повторял, что «язык силы является наиболее убедительным, чем все прочие языки». Отношения с метрополией, предоставившей колониям формальную самостоятельность, тоже складывались непросто. Великобритания рассматривала австралийские колонии в качестве подчиненных партнеров, зависимых от нее «младших сестер», а австралийцев такой подход совершенно не устраивал, особенно с учетом возросшего национального самосознания. К девяностым годам XIX века во всех колониях большинство составляли местные уроженцы, ощущавшие себя австралийцами, а не англичанами, ирландцами или кем-то еще.

«Мы одни, но нас много!» [81] – стучало в сердцах.

Глава двенадцатаяШестое по площади государство мира и единственное государство, занимающее целиком весь материк

Генри Паркс – отец австралийской государственности

Генри Паркс

В бытность свою премьер-министром Нового Южного Уэльса Генри Паркс озвучил стремление к мирному «разводу» с метрополией, которое определило характер будущих британо-австралийских отношений. К слову сказать, термин «премьер-министр» использовался в колониях только до их объединения в 1901 году. После этого премьер-министром стали называть главу федеративного правительства, а в штатах из названия аналогичных местных должностей убрали слово «министр», чтобы избежать путаницы, так что сегодня руководителя правительства Нового Южного Уэльса (как и любого другого австралийского штата) называют просто премьером.

«Сейчас население Австралии составляет 3,5 миллиона человек, – сказал Паркс в 1889 году, – а в американских колониях к тому моменту, когда они объединились в союз, насчитывалось от 3 до 4 миллионов человек. Цифры практически совпадают, и не вызывает сомнений то, что полученное американцами в результате войны австралийцы могут получить мирно и спокойно, не разрывая при этом связей с материнским государством».

Примечательно, что поначалу Паркс представлял себе объединение колоний не в виде федеративного союза, а как результат их «поглощения» Новым Южным Уэльсом, переименованным в Австралию. Человеческий фактор никогда нельзя сбрасывать со счетов: разумеется, Парксу хотелось сохранить свою премьерскую должность и в объединенном государстве, поэтому такой путь представлялся ему оптимальным. Да и с исторической точки зрения такой подход выглядел довольно логичным, поскольку Новый Южный Уэльс был самой первой и наиболее развитой колонией.

Но подобное «поглощение» таило в себе массу подводных камней, начиная с того, что главенство Уэльса пришлось бы по душе далеко не всем, и заканчивая тем, что многие управленческие вопросы проще решать на местах, а не в централизованном порядке. Будучи умным человеком, Паркс не мог этого не понимать, и потому к 1889 году он изменил свое мнение и стал сторонником федерации.

Федеральный совет