Австралия. Полная история страны

«На четвертый год его мытарств Питера постиг жестокий удар. Он со своей компанией заложил шурф “Угасающая надежда” неподалеку от Счастливой Долины. После того как они безуспешно копали несколько недель, его товарищи решили бросить заявку. У Питера было особое мнение о качестве здешней породы – мнение старого золотоискателя, и он приводил всевозможные доводы, уговаривая своих товарищей продолжить работу еще на несколько дней. Но тщетно он доказывал, что характер проб и строение пластов здесь точно такие же, как в “Коричневой змее” – богатейшей заявке штата Виктория. Тщетно он твердил им, что и в “Коричневой змее” не находили ни единой крупицы золота, пока не достигли золотоносного пласта. В это время добыча шла очень успешно в “Гомруле”, в “Канадце” и на соседних россыпях, и его товарищи жаждали податься туда. Они не слушали никаких уговоров, и наконец Питер, наполовину переубежденный, ушел с ними в Лог Паддок, где они заложили шурф “Явата”, который даже не оправдал расходов.

Мемориал Генри Лоусону, Сидней

Тем временем несколько итальянцев заняли их прежнюю заявку и, углубившись всего лишь на несколько футов, сразу разбогатели. Когда Питер появился в Лог Паддоке, куда мы переехали раньше него, мы все заметили происшедшую в нем перемену. Прежняя улыбка еще мелькала у него на лице, но ему уже не стоило большого усилия сохранять серьезность по часу и больше. После истории с “Угасающей надеждой” это был уже не прежний Питер, и я часто думаю, как он, наверно, порой “плакал внутри”» [102].

В прозе любимым жанром Лоусона был скетч-стори – короткий литературный набросок с простейшим сюжетом. Присел человек в свободную минутку, выплеснул на бумагу то, что накопилось внутри, – и пошел работать дальше. «Ой, как просто!» – могут сказать несведущие люди, но сведущие знают, что короткий жанр – наиболее сложный, потому что здесь приходится подолгу оттачивать-отшлифовывать каждое слово и любой огрех сразу же бросается в глаза (тогда как в том же «Улиссе» [103] эти огрехи толпами тонут в океане слов и потому незаметны).

К началу ХХ века Лоусон стал самым популярным австралийским писателем, но популярность не принесла ему богатства. Во-первых, он не умел вести дела с издателями, которые платили ему гроши, а во-вторых, он сразу же спускал все, что получал.

С 1905 по 1909 год Лоусона семь раз сажали в Дарлингхерст [104] за пьянство, неуплату алиментов и прочие мелкие прегрешения. В общей сложности классик австралийской литературы провел в заключении 159 дней. Свои впечатления от несвободы Лоусон отразил в депрессивном стихотворении «Сто три» (таков был его тюремный номер):

Лицо преступника редко попадается в тюрьме,где все успело созреть,Преступники стоят выше по социальной лестнице.Но доброта человека к человеку велика,когда он заключен в тюрьму,Общество называет нас «преступным классом»,а надзиратели называют «мужчинами».Скот есть скот, а добрый человек добр,и сильное сердце не подведет,Зверь везде зверь, но человек в тюрьмеостается человеком!..И ни один мужчина, который на самом деле мужчина,еще не был «исправлен» наказанием…Все умные негодяи на свободе,а безденежные болваны в тюрьме.Мужчины отсиживают двенадцать месяцевпо навету сумасшедшей женыИли пожизненное заключение за клевету шлюхи.Если бы люди знали то, что знают надзиратели,и чувствовали то, что чувствуют заключенные,Если бы люди знали, то они бы штурмовали своитюрьмы, как штурмовали старую Бастилию.

Генри Лоусон умер в 1922 году и стал первым австралийским писателем, который удостоился государственных похорон. Так часто случается: после смерти человеку пытаются додать то, чего он недополучил при жизни.

Генри Лоусон был изображен на десятидолларовой банкноте [105], бывшей в обращении с 1966 по 1993 год. На аналогичных банкнотах последующего образца изображены Эндрю Патерсон и поэтесса Мэри Гилмор, которая приходится двоюродной бабушкой Скотту Моррисону, не так давно занимавшему пост премьер-министра Австралии.

Эндрю Патерсон – душа Австралии, Генри Лоусон – ее сердце, а Мэри Гилмор – и то, и другое вместе.

Мэри Гилмор – женщина, не позволившая врагам собрать наш урожай