Читаем Австралия. Полная история страны полностью

Этот отрывок из «Древа человеческого» можно считать краткой творческой автобиографией Патрика Уайта, умершего в Сиднее в сентябре 1990 года.

Уджеру Нунуккал

Уджеру Нунуккал


В 1942 году, в двадцатидвухлетнем возрасте, Уджеру Нунуккал поступила на службу в Австралийскую женскую армию, где стала сигнальщицей, а после войны активно занялась политической деятельностью и со временем стала государственным секретарем Федерального совета по улучшению положения аборигенов и жителей островов Торресова пролива в штате Квинсленд. Но в первую очередь она известна как первая представительница коренного насе- Уджеру Нунуккал ления, издавшая написанную ею книгу (и не одну!). Первой публикацией Уджеру стал сборник стихов «Мы идем», вышедший в свет в 1964 году. Отличительной чертой ее творчества, посвященного теме борьбы коренных австралийцев за свои права и свою самобытность, является принципиальная гражданская позиция, которую некоторые критики расценивали как излишнюю политизированность.

Теперь мы здесь, словно чужие,но чужие – это белое племя.Мы – часть этих мест,мы придерживаемся старых обычаев.Мы – корробори[113] и бора[114],Мы – старые традиции и законы старейшин.Мы – чудесные истории сновидений,о которых рассказывают племенные легенды.Мы – это прошлое, охотаи веселые игры, лагерные костры.Мы – молния над холмом Гафембах,быстрая и ужасная[115].

Гейдельбергская школа живописи

С Гейдельбергской школы, в основу которой было положено творчество таких художников, как Том Робертс, Чарльз Кондер, Артур Стритон и Фредерик Мак-Каббин, началась австралийская живопись. Школа получила свое название по местности Гейдельберг близ Мельбурна, где творили ее основоположники. В августе 1889 года они впервые громко заявили о себе как художники, организовав выставку в центре Мельбурна.

Идейную сущность Гейдельбергской школы кратко можно охарактеризовать как «импрессионизм, помноженный на природу и жителей Австралии». Сущность импрессионизма заключается не столько в поиске новых методов, сколько в стремлении к максимальной выразительности творчества, в яркой передаче реальности через впечатление. Случается так, что в погоне за выразительностью утрачивается естественность, но, к счастью, в австралийском импрессионизме таких «перегибов» было крайне мало.


Здание Grosvenor Chambers, построенное специально для художников Гейдельбергской школы


Австралийская живопись объемна и многогранна. Даже самый беглый обзор растянется на большую главу, так что придется остановиться на самом-самом-самом.

Итак, классическая австралийская живопись – это…

… пейзажи Артура Эрнеста Стритона (18671943), гениального самоучки, считающегося одним из ведущих национальных художников. Вплотную к Стритону по выразительности приблизился Джордж Вашингтон Ламберт (1873–1930), но он больше прославился своими портретами и скульптурами, в частности памятником Генри Лоусону в Сиднее. Лучшей пейзажной картиной Ламберта считается «Через черноземные равнины», написанная в 1899 году и удостоенная учрежденной незадолго до того премии Уинна. Вроде бы ничего особенного – упряжка лошадей тянет тяжелую повозку, груженную тюками шерсти, – но сколько жизни в этом полотне! «Будучи мальчиком в буше, я много работал с тягловыми лошадьми, – вспоминал Ламберт. – Конь по имени Барни обладал такими прекрасными движениями и такой внушительной осанкой, что, возможно, те знания, которые я продемонстрировал в связи с лошадьми в “Черноземных равнинах”, возникли благодаря этому исключительно прекрасному животному».

Лучшим произведением Стритона считается картина «Золотое лето, Иглмонт», которую художник написал в январе 1889 года, когда ему едва перевалило за двадцать. Золотые от солнца холмистые равнины под нежно-голубым небом настолько хороши и настолько «аутентичны», что просятся на герб Австралии. В 1995 году национальная галерея Австралии приобрела эту картину за 3,5 млн долларов, что на тот момент было рекордной ценой для работы австралийского художника.


Джордж Вашингтон Ламберт. Через черноземные равнины. 1899


… сельские зарисовки Томаса Уильяма Робертса (1856–1931), автора широко известных картин «Стрижка овец» и «Рубщики дров». «Знатоки» критиковали «Стрижку овец» как за чрезмерную простоту темы, недостойную великого искусства живописи, так и за якобы слабую реалистичность, но время расставило все по своим местам, и сейчас многие люди приходят в Национальную галерею Виктории специально к этой картине. Готовясь к созданию «Стрижки», Робертс создал более 70 (!) эскизов, а сам процесс растянулся на 2 года.


Томас Уильям Робертс. Рубщики дров. 1886


Перейти на страницу:

Все книги серии История на пальцах

Средневековье. Полная история эпохи
Средневековье. Полная история эпохи

Средневековье. Самая спорная и противоречивая эпоха в истории человечества. Одни воспринимают ее как времена прекрасных дам и благородных рыцарей, менестрелей и скоморохов, когда ломались копья, шумели пиры, пелись серенады и звучали проповеди. Для других же Средневековье — это время фанатиков и палачей, костров инквизиции, вонючих городов, эпидемий, жестоких обычаев, антисанитарии, всеобщей темноты и дикости.Неужели правда, что рыцари и вообще люди в Средние века были маленького роста — не выше полутора метров, а те, кто достигал нынешних средних 175 см считались чуть ли не гигантами? И в Средневековье на самом деле никто кроме монахов не умел читать и писать, мылись всего два раза в жизни — после рождения и перед смертью, жутко воняли и кишели блохами? И меч весил 20 кг, а доспехи все 100, поэтому рыцаря поднимали на коня с помощью лебедки, и в туалет ему ходить приходилось прямо в доспехи, потому что их было просто не снять?Новая книга серии «История на пальцах» поможет разобраться, что к чему.

Кэтрин Грей

История / Учебная и научная литература / Образование и наука

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное