Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

Обратим внимание на раздел, посвященный армии. Это девятый раздел программы. В нем предлагается схема, напоминающая проекты 1918–1919 гг. «Вооруженные силы Национальной России должны быть едины. Они должны состоять из Национальной гвардии как опоры власти, комплектуемой на принципах добровольчества, и Российской Народной армии как орудия защиты национальной территории, комплектуемой по всеобщей воинской повинности, на экстерриториальном принципе с широкими инструкторскими офицерскими и унтер-офицерскими кадрами.

Прохождение военной службы должно являться одним из слагаемых национального воспитания и просвещения народа.

Красную армию в целом мы считаем кадрами Российской Национальной гвардии, и комсостав ее, своевременно присоединившийся к делу национального возрождения России, должен в большей части сохранить свое положение и, во всяком случае, выслуженную пенсию».

То есть предлагалось преображение Красной армии в национальную, о чем писали многие в Зарубежье. Третьим компонентом русской вооруженной силы Манакин предлагал сделать национальную армию труда с (квалифицированным инструкторским) постоянным и переменным составом, поступающим на трудовую повинность после отбытия воинской¹⁵⁰⁴.

Манакин стал инициатором и временным председателем еще одного объединения – Русского комитета единого национального фронта в Белграде (как комитета содействия Югославянскому обществу друзей национальной России) из полутора-двух десятков человек. Интересно, что адреса всех, кроме Манакина,  – белградские¹⁵⁰⁵.

Разгром Югославии весной 1941 г. создал новую ситуацию для русских эмигрантов. Хорваты обрели собственную, союзную Третьему рейху, государственность – Независимую Державу Хорватия (НДХ). В НДХ свыше 50 русских эмигрантов, бывших офицеров Королевской армии, продолжили службу в военных структурах. В Сербии же правительство Недича в мае 1942 г. уволило со службы всех русских, освобождая места для многочисленных сербских беженцев с территории НДХ¹⁵⁰⁶. Как минимум два русских офицера погибли в Сталинграде в рядах 369-го усиленного полка армии НДХ. Представительство русской эмиграции при правительстве НДХ возглавлял бывший русский консул в Вене и Загребе Георгий Ферхмин. Военным отделом, который отбирал кандидатов для вермахта и других немецких организаций на востоке, заведовали генералы Д.П. Драценко и И.А. Поляков¹⁵⁰⁷. Последний, напомним, бывший начальник полковника Манакина в Донской армии. В 1942 г. усташи создали Хорватскую православную церковь. Из 62 ее священников 20 были русские, отколовшиеся от РПЦЗ во главе с епископом Гермогеном (Максимовым). Это довольно парадоксальная ситуация, ибо ранее в НДХ многие православные священники были убиты усташами¹⁵⁰⁸.

О независимой Хорватии писал в русской прессе профессор Гротов. Его материалы позволяют рассуждать о привычном и, возможно, излишнем сербофильстве русских. Манакина он не упоминал, хотя речь о русских в статьях идет¹⁵⁰⁹. В книге А.А. Самцевича «Русские и украинцы в Вооруженных силах Независимой Державы Хорватия 1941–1945» (Zagreb: Despot Infinitus, 2015) Манакин не упоминается. В вооруженных силах Хорватии он не служил. В то же время в хорватской прессе в 1942–1943 гг. публиковались его статьи по проблематике государственного управления, роли золота и интеллектуального труда¹⁵¹⁰.