Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

28 августа 1918 г. командир 6-го Камышинского полка телеграфировал в Царицын из Зензеватки. Он сообщал, что назначен Подвойским начальником боевого участка с задачей стремительного налета по Иловле на станицу Иловлинскую, чтобы оттянуть казаков от Царицына. Комполка были подчинены Киквидзе и кавалерия Миронова. Реальные же силы составили две мироновские сотни и четыре роты камышинцев. Кроме того, предписывалось взять в работу пехотные части Паршкова в районе Ольховка – Александровка. Паршков заявлял, что имеет семь рот, однако на позицию вышло всего 30 человек. С такими силами комполка взял 23 августа Малую Ивановку. Из-за недостатка сил села неоднократно переходили из рук в руки. Войскам требовались кавалерия, хозяйственный аппарат, хорошие работники³⁶⁰. С 29 августа существовал военный прифронтовой военно-полевой товарищеский суд Камышинского фронта в составе представителей от всех частей. Уже 30 августа слушалось дело красноармейца Лобанова, с расстрельным приговором³⁶¹.

Красные войска Камышинского района первоначально входили в состав Северо-Царицыно-Камышинского фронта. Приказ войскам этого фронта был отдан в Зензеватке, например, 7 сентября 1918 г.³⁶² Им предстояло стать Камышинской стрелковой дивизией.

Весьма энергичный камышинский военком Вайнер и его помощник Андреев рассылали всем волостным военкомам (копия штафронту в Зензеватку) телеграмму следующего содержания (очевидно, речь идет о сентябре): некоторые красноармейцы на Саломатинском участке в панике позорно бежали, создавая ненужную панику, в то время как их роты стояли на позиции. Также и некоторые волвоенкомы и сельские руководители «позорно оставляют свои места, когда неприятель находится еще на далеком расстоянии…». Всем волвоенкомам предписывалось следить за дезертирами под угрозой военно-полевого суда³⁶³.

Довольно рыхлый фронт постепенно упорядочивал свою военную структуру. В приказе фронта товарищам Паршкову и Швыреву 5 сентября 1918 г. упоминается 2-я Ольховская рота. Командиру 1-го Иловлинского полка приказано немедленно приступить к сведению рот в батальоны³⁶⁴.

Приказом войскам фронта 6 сентября № 18 он делится на следующие боевые участки:

Илюшевский (Швырев)

Ольховский (Соломенцев)

Саломатинский (Епифанов)

Котовский (Марков)

Мокро-Ольховский (Жигарев, участок Серино – Фетинниково)

Красноярский (Ульченко)³⁶⁵.

Ряд этих фамилий мы уже встречали в качестве создателей первых отрядов красной гвардии. Жигарев был казаком хутора Попкова³⁶⁶.

7 сентября из штаба Камышинского фронта в Зензеватке ушла телефонограмма военкому Вайнеру с предписанием немедленно выслать три роты: одну на Бурлук в распоряжение Ульченко, вторую в Котово Маркову, третью в Саломатино Колесову. Роты должны быть с пулеметами, кухнями, конными командами. Кроме того, предписывалось выслать два орудия: по одному Колесову и Маркову, туда же и один пулемет. Две санитарные линейки – в штаб фронта³⁶⁷. Счет еще шел на роты, считаные пулеметы и орудия.

Начавшиеся в августе частичные мобилизации породили явление, широко распространившееся в годы Гражданской войны в различных местностях – «страховочные» удостоверения. Приведем полностью такой рукописный документ: «Усть-Кулалинский сельский совет крестьянских депутатов удостоверяет, что предъявитель сего гражданин села Усть-Кулалинки Шнейдер Фридрих, сын умершего Поган-Гейнри-ха принят на военную службу по мобилизации 10 сентября 1918 года. Председатель Совета – [подпись]»³⁶⁸. Многие мобилизованные полагали это убедительным свидетельством их недобровольной службы, что облегчало судьбу в плену, да и позволяло выбрать плен как избавление от войны и службы вообще.

Донская сентябрьская сводка увидела на позициях от Саломатино до Серина 6-й Камышинский полк. В его комсоставе были офицеры, в том числе донской сотник Кузнецов, бывший комиссар Северо-Западного фронта. В полку состояло три батальона, 18 пулеметов. В Камышине резервов не было. Население настроено против советской власти и ждало казаков³⁶⁹. Оперативная часть отряда Татаркина 7 (20) сентября 1918 г. давала более подробную информацию по полку. В этот день к казакам добровольно перебежали два прапорщика из Моисеево – ротный и взводный 6-й роты 6-го Камышинского полка, и два солдата³⁷⁰. По их словам, в полку три батальона по три роты, всего около 2500 человек. Одна рота и все пулеметчики в ротах добровольцы, красногвардейцы, остальные насильно мобилизованные. Полк стоял на фронте Фетинниково – Рыбинское со штабом в Саломатино. Бывший командир полка, а ныне комиссар фронта – сотник Кузнецов. Комсостав по назначению, то есть не выборный. Между красногвардейцами и мобилизованными были недружелюбные отношения, последние высмеивали первых. В ротах по одному-два пулемета. Полку приказано содействовать Миронову в овладении Островской, а затем двигаться дальше для завоевания Дона³⁷¹.