Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

Бойцы верили своему командующему, а вот Верховный главнокомандующий больше полагался на фашистские листовки и геббельсовскую пропаганду. Сталин о возможной измене Кирпоноса говорил первому секретарю Дальневосточного крайкома партии Боркову и командующему Отдельным Дальневосточным военным округом генералу армии Апанасенко: «Люди Берии допускают, что Кирпонос переметнулся к Гитлеру и уже работает на немцев. Я это тоже не исключаю».

Только в январе 1944 года специальная комиссия Главного управления Наркомата обороны СССР окончательно выяснила обстоятельства гибели генерал-полковника Кирпоноса (Известия ЦК КПСС. 1990. № 1. С. 193).

«На 10.00 20 сентября с востока и с северо-востока перед урочищем появилась группа немецких танков, развернулась фронтом и с ходу открыла огонь. Следом за танками шла немецкая пехота и автоматчики. Затем гитлеровцы начали стрелять из минометов. Немецкие солдаты пошли в атаку на Шумейково. Наступали они по пшеничному полю. Военный совет фронта собрал группу бойцов и командиров, вооруженных винтовками, автоматами. Во главе этой группы стал Военный совет… Противотанковые орудия и бронемашины начали обстрел вражеских танков.

Наши войска постоянно контратаковали. Немцы продвигались вперед, но очень медленно. Раненые бойцы и командиры, если имели силы, возвращались в долину, тяжелораненые оставались на поле, подползали к копнам пшеницы.

Несколько раз наши войска ходили в контратаки. Во время одной из них немецкие солдаты отступили, когда дело дошло до рукопашной схватки. Во время второй или третьей контратаки командующий фронтом Кирпонос был раненный пулей в левую ногу. Через силу спустившись в долину, командующий с усмешкой сказал: «Не везет мне на левую ногу».

Вражеские танки обходили Шумейково. Огонь немецких орудий, минометов все усиливался. В 18.00–18.30 Кирпонос, член Военного совета фронта Бурмистенко с группой командиров находились в лощине, недалеко от родника. Неожиданно возле членов Военного совета взорвалось несколько мин. Генерал-полковник Кирпонос обхватил руками свою голову, на которой была каска. Осколки пробили командующему грудную клетку на уровне левого кармана кителя и левую часть тела. Рана оказалась смертельной. Через полторы-две минуты Кирпонос умер».

После освобождения Полтавщины от немцев с помощью местного населения были найдены тела генералов и других командиров Красной армии, которые погибли 20 сентября 1941 года в урочище Шумейково. Тела генерала Кирпоноса и начальника штаба фронта В. Тупикова были доставлены специальным поездом в Киев. 18–19 декабря 1943 года Кирпонос и Тупиков с воинскими почестями были похоронены в столице Украины.

До сих пор военные историки и аналитики спорят о том, возможно ли было избежать того, что произошло с войсками Юго-Западного фронта? Но большинство из них сходится во мнении, что немецкое командование тогда, в сентябре 1941 года, не сумело использовать для блицкрига открывавшиеся возможности. Операция по окружению войск Юго-Западного фронта, с точки зрения итогов первых трех месяцев войны, оказалась бесплодной. Более того, отвлечение крупных сил группы армий «Центр» отсрочило наступление на главном стратегическом направлении.

Оперативный успех обратился в серьезную, может быть, решающую неудачу. Немецкое командование само нанесло сокрушительный удар собственным планам, поскольку оно, по мнению немецких военачальников, упустило время, а вместе с ним – последний призрачный шанс разбить Советскую Россию до наступления осенней распутицы.

* * *

Василий Петров не знал, что многие из тех, кто уцелел в страшном бою под Городищем, вскоре сложат свои головы. Противник устроил засаду и принялся расстреливать из танков и пулеметов бойцов и командиров. Сам Петров, чтобы спастись, прыгнул с головой в болото и лишь с трудом смог выбраться оттуда. Выбравшись на твердую поверхность, он долго не мог прийти в себя. То и дело доносились стоны раненых, которые просили о помощи. Немцы, услышав голоса, сразу же стреляли в ту сторону.

Дождавшись спасительной темноты, он двинулся в путь. В зарослях кустарника его окликнули какие-то люди. Это было несколько офицеров из других частей. Среди них он увидел женщину-врача. Невысокую, ладную. На плече у нее была сумка с красным крестом. Когда-то они уже встречались и даже испытывали какую-то симпатию друг к другу.

– Я знала, что вас увижу, – сказала женщина. – Я страшно устала… Тут раненые…

Петров принялся перетаскивать раненых в укрытие. Подошли местные жительницы. Принесли простыни, которые использовали вместо бинтов. Раненых было много.

– Мы их спрячем, – говорили женщины.

Офицеры, которых он встретил, стали его торопить. Нужно уходить, пока не нагрянули немцы. Петров подошел попрощаться к женщине-врачу.

– Не оставляйте меня, – не отпускала она его ремень.

Петров не знал, что ответить. Безопасность раненых он не в состоянии обеспечить, но сам обязан защищаться.

– Что будет с ними? Со мной?.. – плакала она.