Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

17 сентября 6‑я батарея оказалась в городе Пирятине. Кто-то сказал, что на железнодорожной станции стоит состав с боеприпасами. Но до станции артиллеристам не удалось добраться. К городу подошла колонна немецких танков. Редкая цепь пехотинцев открыла огонь из винтовок, где-то рядом застрочил пулемет. Но танки продолжали свой путь. Все надежда была на артиллеристов.

– По танку… шрапнелью… – скомандовал лейтенант Васильев.

Прогремел выстрел, за ним – второй. На борту переднего танка сверкнула вспышка, он замер. Послышалось «ура!». Разноголосое, не очень сильное.

Остановился второй танк. Черный дым повалил из его открытого люка. Три выстрела – два подбитых танка. Остальные танки повернули назад. Петров говорит, что он давно не испытывал таких чувств радости! Угроза гибели батареи была отодвинута. В это время откуда-то появился неизвестный капитан. Вероятно, это его пехотинцы стреляли из винтовок по танкам.

– Вы командир батареи? – закричал он. – Мои люди гибнут под гусеницами танков, а вы тут отсиживаетесь! Почему не выдвигаетесь вперед?

Петров сказал, что нет горючего. Снарядов только три.

– Немедленно занять позиции! Если вы этого не сделаете, я прикажу расстрелять вас как негодяя и труса! – заявил капитан, доставая из кобуры пистолет.

Петров не сдержался. Кажется, его приняли за того, кто пытается уклониться от службы. Он попытался объяснить ситуацию, но капитан по-прежнему грубо оборвал его. Петров даже подумал, не переодетый ли это диверсант?

– Внимание! – крикнул он своим артиллеристам. – Расчеты первого и второго орудия, ко мне!

Бойцы, оставив свои позиции, подбежали к своему командиру. Они готовы были выполнить любую команду.

– Лейтенант, – сказал капитан, – мы делаем одно дело. Я не хотел вас обидеть, но без артиллерии мы не выстоим. Вы пойдете со мной…

Не успели они пробежать сотню метров, как раздался свист, прогрохотали взрывы. Какая-то сила подбросила Петрова в воздух. Он упал и на какое-то время потерял сознание. Очнулся, приподнялся, увидел рядом две воронки, возле одной из них лежал мертвый капитан. Петров, пошатываясь, пошел вперед. Увидел какого-то полковника. Спросил, что делать его батарее.

Полковник, узнав, что два орудия разбито, снарядов нет, приказал уходить из города. Когда Петров добрался до того места, где оставил батарею, то увидел лишь нескольких бойцов и лейтенанта Васильева.

– Что случилось?

– Нас атаковали немецкие танки… Шрапнель израсходована… Тягачи горят… Есть убитые, раненые…

Петров говорит, что в этот момент его охватило отчаяние. Повторялись первые дни войны, когда были потеряны орудия, а его часть отступала перед врагом. Неужели все сначала?

Васильев собрал людей. Всего двенадцать человек. А еще девять раненых.

– Нужно уходить, – сказал он.

Где-то рядом урчали немецкие танки. Бойцы, пригибаясь, побежали вперед. За собой на плащ-палатках тащили раненых. В лесу наткнулись на какой-то маленький хутор. Упросили местных женщин оставить у себя раненых бойцов. Петров не знал, выжил ли кто из них? Но был благодарен жителям за их самоотверженность, что они не побоялись взять на себя такую тяжелую обязанность.

* * *

В одном из сел лейтенанты Петров и Васильев, оставив своих бойцов – остатки огневых взводов, – отправились на разведку. Они хотели узнать, где находится их полк, куда им дальше идти. Но никто не мог ничего внятного сказать. Знакомый капитан-артиллерист сказал, что нужно идти в сторону Городища. Там сборный пункт, там командующий войсками фронта и его штаб.

Когда Петров и Васильев вернулись в село, то своих бойцов не нашли. Они несколько часов прочесывали двор за двором, но безуспешно. Вероятно, что-то случилось чрезвычайное и старший группы сержант Орлов принял решение увести ее. Но куда?

Петров и Васильев вышли на дорогу, по которой двигались толпы людей, еще недавно представлявшие какие-то воинские подразделения, а теперь бредущие неизвестно куда. Найти своих артиллеристов представлялось маловероятным, но лейтенанты решили не отступать. Время от времени налетали немецкие самолеты, которые бомбили и обстреливали идущих людей. Убитых оттаскивали на обочины дороги, похоронить их не было времени.

Городище – небольшое село, расположенное в двадцати километрах от полтавского городка Пирятина. Несколько улиц. Слева лес, за ним – река. Пронзительно выли сирены. «Юнкерсы» пикировали, сбрасывали бомбы, строчили из пулеметов.

Какой-то лейтенант-зенитчик сказал, что после того, как немцы разбомбили мост через реку Многу, движение застопорилось. Дальше двигаться некуда, за рекой – немецкие минометы и автоматчики.

Попытки лейтенантов Петрова и Васильева разыскать своих артиллеристов снова оказались безуспешными. Более того, их чуть было не приняли за немецких лазутчиков. Но все обошлось. Во двор дома, где они остановились, вошла группа командиров. Старший, генерал-майор, остановился, отвечая на приветствие. Петрову сказали, что это генерал Алексеев.

Вокруг него столпились люди. Всем хотелось услышать что-то обнадеживающее.