Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

Петров говорит, что такие речи ему приходилось слышать не раз. Запомнились ему рассуждения одного из бывших бойцов Красной армии. Этот человек бросил оружие, укрылся на одном из дальних хуторов. Встретив Петрова и его товарищей, начал им рассказывать о том, что Красная армия потерпела поражение. В народе разброд, люди мечутся в поисках душевной опоры. Те, кто сохранил рассудок, указали ему путь к спасению. Чтобы выжить, нужно приспосабливаться к новым условиям существования.

Весь смысл его рассуждений сводился к тому, что дальнейшая борьба бессмысленна, нужно покориться и искать общий язык с оккупантами. Немцы разбили лучшие армии Европы, бесполезно и опасно противиться их новому порядку. Масса людей признала факт поражения и готова вести себя тихо и покорно. Изменить положение нельзя. Всякий, кто уповает на оружие, льет воду на мельницу оккупантов, потому что высоко вознесенная плеть хлещет спины всех подряд, виновных и невиновных…

Младший лейтенант Зотин не выдержал:

– Миллионы воинов жертвуют жизнью во имя Родины на полях сражений, – сказал он, обращаясь к бывшему бойцу Красной армии. – Нас преследуют неудачи, но это не конец, война продолжается. Ваши товарищи… подавляющее их большинство, не желают сложить оружие и не сложат его… О чем говорить с такими, как вы? На территории, временно занятой врагом, командир Красной армии имеет право судить вас как труса и паникера…

– Вы можете меня расстрелять! – заявил бывший боец, – Война закончится не сегодня-завтра. Лагеря забиты пленными… Я хочу помочь вам…

– Помочь? – возмутился Зотин. – Дезертир, который уклоняется от службы во имя того, что дорого честному человеку, его близким и соотечественникам. Ему чужда мораль порядочного человека… Вы расстраиваете душу сомнениями, чтобы лишить людей опоры сегодня, когда она необходима каждому в тех испытаниях, которые принесла война… Вы заслужили кару, и она свершится.

Петров вспоминает, с каким чувством гадливости они слушали этого проповедника. По законам военного времени его нужно было расстрелять. Но было жаль патронов и местных жителей, которым придется возиться с трупом.

– Мы еще встретимся и окончим этот разговор! – сказал, уходя, младший лейтенант Зотин.

Но были и другие разговоры, которые грели душу. Пожилой лодочник, рискуя жизнью, взялся переправить Петрова и его товарищей на лодке через реку Сулу. Он сказал им:

– Сыны, вы идете к своим… Хвалю вас за это… Всякий человек должен дорожить словом… Раз присягнул, то держись честно до конца. Свет на этом стоит. А иначе как жить? Насмотрелся я в последние дни… Враг ударил, а они, здоровые, молодые парни, плетутся по дорогам, как нищие, и оседают в селах, прельщенные бабской юбкой… Срам, и не знаешь, куда глаза деть… Вы не чета им! Значит, жив еще наш казацкий дух!

Когда лодка уткнулась носом в берег, лодочник на прощание произнес:

– Счастливого пути, хлопцы! Верю, что вернетесь. Будем ждать…

Вспоминая тех людей, которые ему помогали в самые первые, самые тяжелые месяцы войны, Василий Петров говорит:

«Считается, время неумолимо преображает людей. Солдаты минувшей войны, если они сражались с первого и до последнего дня, не признают этих утверждений. Я разделяю их точку зрения – меняется внешний облик человека. Но годы бессильны стереть то, что дано ему от природы, в сгустке его духовных свойств…

В движении лет не изгладятся в памяти черты, присущие миллионам людей, связанных общностью крови и духа, тех, кого мы зовем народ, они одушевляют сущность понятия Родины. Они родят сыновей, бодрствуют, не смыкая глаз, у колыбели, растят, лелеют и потом без устали следят за полями сражений, орошая слезами радости и горя их подвиги…»

И вот она – долгожданная встреча со своими! Их было четверо, которые не сдались, претерпели все мучения и испытания и вырвались из окружения: лейтенант Петров, младшие лейтенанты Зотин и Мелихов, старшина Андреев. Возле города Гадяча они наткнулись на пехотное подразделение Красной армии, которое вело бой с немцами. Сзади слышалась стрельба, шел бой, а они находились в тылу, но не немецком, а в своем. Вот как об этом написал Василий Петров:

«Глаза моих спутников искрятся радостью, сердце наполняет сладостное сознание исполненного долга.

Зотин сделал выжим, поднялся на плечи товарищей.

– Да здравствуют аргонавты, добывшие золотое руно! – радостно кричит он во всю силу легких.

– Да здравствуют все, кто прошел между Сциллой и Харибдой! – возглашает, повторив выжим, Мелихов.

– Да здравствуют все, кто вырвался из объятий спрута, – вслед за ними произносит Андреев.

Позади прогрохотал орудийный выстрел. Колебля воздух, 105‑миллиметровый снаряд разорвался на лугу, выбросив фонтан дыма и грязи.

Лошади, тащившие повозку с ранеными, остановились. Старик-ездовой укрылся под колесом, смотрит с недоумением на людей в рваной форменной одежде, ступающих в обнимку мимо. Не рехнулись ли?