Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

«Отпылавшее солнце клонилось к горизонту, щедро разбрызгивая пурпур и багрянец по видимой полосе моря, кустам, уже тронутым позолотой осени. Генерал неторопливо ходил по небольшой, густо затканной степным разнотравьем поляне и рассказывал о войне. По всей вероятности, в движении лучше вспоминалось и думалось. Легче было унять волнение, которое неизменно охватывает ветеранов, когда они мысленно возвращаются в свое военное прошлое.

Вечерело. В затишье нудно заныли комары. Чтобы согнать их с лица, генерал потерся щекой о шершавую кору дерева, росшего рядом. И тут же на его щеке заалел след от этого прикосновения. У генерала не было обеих рук…»

Мурзина отмечает суровый мужской быт в лагере. И еще одну деталь, на которую обратила внимание. Это белые полоски ловчих поясов на окружающих деревьях для защиты их от вредителей. Молоденькие саженцы под сенью старых маслин. Когда она спросила у одного из солдат, кто заботится об этом, то получила ответ: «Наш генерал».

В ее блокноте сохранилась запись, сделанная Василием Степановичем. Он написал, обращаясь к землякам: «Я хотел бы, чтобы над головой моих земляков в жаркую погоду была тень, а в холод, чтобы их согревала мысль об ушедшем лете и надежда на то, что оно обязательно вернется. Но, независимо от того, жара или холод, они будут счастливы, если их не оставит сознание, что нынешним поколением унаследованы великие ценности, отстаивая которые их предшественники не щадили своих жизней».

* * *

В многолетней практике работы в травматологическом отделении Мелитопольской городской больницы № 1 у врача-травматолога Геннадия Степановича Сушко бывало всякое. Но этот удивительный эпизод, который случился в конце 1980‑х годов, врезался в его память до мельчайших подробностей. Начало этой истории, пожалуй, можно смело отнести к детективу. Впрочем, и конец ее обычным тоже не назовешь.

В тот день к больнице подъехала легковушка. Из нее вышел немолодой мужчина в цивильной одежде, но с выправкой военного. Он решительно направился в отделение травматологии.

«Доктор, если вас не затруднит, – обратился незнакомец к Г.С. Сушко, – то не смогли бы вы сейчас проехать со мной? Понимаете, срочно нужно осмотреть моего лучшего друга, чтобы определить, нуждается ли он в операции или нет. Очень вас прошу. Не откажите!»

Сушко недолго раздумывал прежде, чем сесть в машину. Ведь лечить и спасать – это дело его жизни. Иначе, зачем было идти в эту профессию!

«Едем мы по городу, – вспоминал Геннадий Степанович, – думаю, что вот-вот остановимся, заедем в какой-то двор. Потом выехали за город».

Автомобиль помчался дальше по асфальтированной дороге в направлении поселка городского типа Приазовское. Но когда остались позади уже последние дома этого населенного пункта, врачу стало не по себе. В какое-то мгновение в голове промелькнули тревожные мысли: «Куда же мы едем? Зачем согласился? Спутники молчат. Как-то странно все это».

Дорога показалась ему бесконечной. Но вдруг машина резко повернула с асфальта куда-то в сторону. Поехали по грунтовой дороге, прижимавшейся к полезащитной лесополосе. Какие-то рытвины, ухабы. Поворот, потом еще один. И вдруг впереди показалась армейская палатка. Возле нее длинный деревянный стол, скамейки, как на обычном полевом стане. Подъехали к палатке. Остановились.

«Выходите, доктор. Мы уже на месте», – сказал сопровождавший его мужчина.

Когда гость выбрался из машины, его подвели к столу. Здесь их встретил молодой солдатик срочной службы.

«Присаживайтесь, пожалуйста, – предложил он ему, – и немного подождите».

Прошло несколько минут.

«Да где же ваш больной?» – спросил Сушко. Едва только успел произнести эту фразу, как к ним подошел худощавый мужчина в офицерском мундире. С кителем без всяких знаков различия, наброшенным на плечи.

Незнакомец не представился.

«Послушайте, доктор, – сказал он, – я знаю, что у меня перелом ключицы. Ответьте только на один вопрос: нужна ли мне операция или нет? Посмотрите, пожалуйста, прошу вас».

То, что произошло потом, запомнилось Г.С. Сушко на всю жизнь. Когда человек, стоявший перед ним, сбросил свой китель, то он увидел, что у него нет… обеих рук на уровне плеч!

Замешательство врача, возникшее при виде столь необычной картины, осталось незамеченным для посторонних, и он принялся внимательно осматривать больного. После осмотра сказал незнакомцу: «Да, у вас перелом ключицы и операция нужна».

Услышав такой ответ, военный сначала не проронил ни слова, а после небольшой паузы сказал: «Присаживайтесь-ка, доктор, поближе к столу, давайте выпьем чая, перекусим». На столе уже стояла какая-то закуска, бутылка с жидкостью золотистого цвета, два небольших стаканчика, лежали две вилки. Больной и врач сели за стол.