Безрукий воин. Три подвига Василия Петрова

И тогда, как вспоминал Сушко, ему впервые в жизни пришлось увидеть такую картину. Молодой солдат-срочник сначала налил в стакан немного «чаю», а затем поднес его ко рту незнакомца. Тот выпил содержимое стакана, запрокинув голову назад. Солдатик, поставив стакан, сразу же взял вилку, нанизал на нее кусок колбасы и положил его в рот человека без рук. Когда тот прожевал, он продолжал его кормить дальше.

«Само застолье, – рассказывал Геннадий Степанович, – меня поразило. Ведь каждый прием пищи мог быть для него настоящей пыткой. Но вы бы видели, как это он делал! С достоинством и даже лучше, чем делает обычный человек! Но, пожалуй, немногие могут понять, что за каждое движение он должен был платить борьбой. А солдатский «чай» на поверку оказался крепким напитком».

Дорога назад показалась Сушко намного короче. Во всяком случае, время в пути пролетело очень быстро. И неудивительно, так как встреча с незнакомцем потрясла его до глубины души, а воспоминание о том, что увидел, запечатлелось навсегда. Пока ехали в Мелитополь, он несколько раз порывался спросить у сопровождавшего его мужчины о том, кто же этот необычный больной. Однако так и не решился, дабы не показаться ему излишне любопытным. Но «ларчик открылся» совершенно удивительным образом.

На следующий день Г.С. Сушко шел по травматологическому отделению. В больнице как раз был ремонт, а женщины клеили обои. В обед они ели пирожки, завернутые в какую-то газету. Не знаю почему, но он решил взять ее в руки. Когда развернул, то сразу же на одной из страниц увидел фотографию и статью… о незнакомце без рук. Вот из нее-то он тогда и узнал, что это был легендарный генерал Петров.

Последний раз Василий Степанович приезжал в родные края в 1997 году. Как всегда расположился лагерем на старом месте в селе Райновка. А вот уехал досрочно. Почему так получилось – неизвестно. Скорее всего, возникли проблемы со здоровьем. Леонид Жавжаров побывал в этих местах в 2002 году. Там, где находился лагерь Петрова, увидел оставленную печь, какие-то брошенные вещи. Он подумал, что территория была покинута в спешке, так как раньше, перед отъездом, она тщательно убиралась, и ничего не напоминало здесь о присутствии людей.

* * *

Во время войны Василий Петров увидел всю ущербность коммунистической идеологии, на которой держался СССР. Он видел, что партийные руководители говорили одно, а поступали по-другому. Поэтому горбачевскую перестройку в Советском Союзе Василий Петров воспринял с надеждой на лучшее. Особенно то, что касалось армии. Он искренне говорил о том, что «советское общество предпринимает решительные шаги для искоренения извращений и ошибок предшествующего периода».

Но вскоре понял, что ошибался, что под лозунгом заботы о человеке утверждалось безначалие, граничащее с произволом. Его тревогу вызывали взаимоотношения среди военнослужащих, когда нарушалась воинская дисциплина, процветала дедовщина. Больше всего Василия Петрова возмущало то, что воинские начальники вместо того, чтобы решительно пресечь грубые нарушения дисциплины, беспомощно разводили руками, тем самым изобличая себя в преступной бездеятельности.

«Начальники прячут оружие под замок, – написал он в послесловии ко второму изданию своей книги. – По нечаянности оно взрывается, опрокидывается, произвольно стреляет по своим. Обнародованы потери, понесенные в ходе афганской акции. Следовало бы опубликовать за тот же период потери внутри страны вследствие слабых навыков военнослужащего в обращении с оружием и прочими боевыми средствами на так называемых мероприятиях. ЧП влекут человеческие жертвы в караульных помещениях, на полигонах, на пути туда и обратно. Но позвольте, за жизнь военнослужащего положено по уставу отвечать командиру, он деньги за это получает. А расплачиваются рядовой состав и родители».

И делает ироническое замечание:

«Для поддержания дисциплины уже привлечены родители. Вошли в обиход слеты солдатских матерей. На очереди бабушки. Того и гляди, заявятся в казарму защитить внука от посягательства со стороны ему подобных».

Еще две волнующие темы, по которым Василий Петров высказался вполне определенно. Первая – это Великая Отечественная война и ее освещение в газетах, журналах, на радио, телевидении, в кинематографе и в литературе. Василий Степанович говорит, что он за критическое осмысление тех или иных военных событий, но против очернения армии и ее военачальников. По его убеждению, советские полководцы, победившие самую могущественную армию Европы – немецкую, доказали свое моральное, умственное, профессиональное превосходство над ее генералами и фельдмаршалами. Как победители, они не нуждаются ни в каких оправданиях своих действий на поле боя.

Василий Петров был не согласен со многими писателями и кинематографистами, которые писали книги и снимали фильмы о войне. Очень трудно передать чувства человека, оказавшегося один на один со смертью. Бывает, что в художественных произведениях нет даже частицы правды.