Битва за рейх. Последние бастионы Гитлера. 1944–1945

Однако вернемся к нашему мосту в Ремагене. Как могло такое произойти, что он попал в руки неприятеля? Что случилось с подрывными зарядами, почему не все из них сработали? Кто был виноват в этой катастрофе, позволившей противнику создать обширный плацдарм на восточном берегу Рейна, ставший удобной исходной позицией для дальнейшего продвижения в глубь Германии?

Немецкая сторона под Ремагеном

Еще вечером 6 марта 1945 года казалось, что у американских вооруженных сил не было ни малейшего шанса завладеть хоть каким-нибудь мостом через Рейн до того, как он рухнет в реку.

В это время 67-й армейский корпус под командованием генерала Хицфельда занимал позиции в 60 километрах западнее Ремагена. Хицфельд, в распоряжении которого находилось всего лишь две измотанные в ходе непрерывных боев дивизии, должен был атаковать американцев, которые собирались наступать от Ойскирхена в направлении Бонна и мобильные разведывательные соединения которых уже приближались к Райнбаху и Ремагену.

Командование группы армий «Б», так же как и Верховное главнокомандование вооруженных сил (ОКВ), придерживалось мнения, что именно там противник будет наносить свой главный удар по Бонну и что вражеские силы, действующие в районе западнее Ремагена, могут представлять собой лишь фланговое прикрытие этого главного удара с юга.

Генерал Хицфельд прекрасно понимал, что с имевшимися у него дивизиями он не в состоянии провести контрудар. Он считал, что его более важная задача заключается в том, чтобы создать новый фронт западнее Ремагена. Наибольшая опасность для него самого и его корпуса исходила не от американского главного удара, а от мобильных танковых частей противника, которые могли внезапным стремительным ударом захватить мост в Ремагене.

Этот мост Людендорфа имел длину 325 метров. Он возвышался на четырех каменных опорах, так называемых быках, прямо у базальтовой скалы Эрпелер-Ляй на восточном берегу Рейна, сквозь которую должны были проезжать поезда, двигавшиеся с запада после того, как они проследовали через Ремагенский мост.

Туннель, который вел сквозь скалу Эрпелер-Ляй, был длиной 380 метров.

Генерал Хицфельд неоднократно пытался убедить командование группы армий «Б» в том, что прежде всего надо защищать этот мост через Рейн. Но генерал-фельдмаршал Модель настоял на своем приказе о нанесении контрудара через долину реки Ар.

Час спустя после полуночи 7 марта командование группы армий «Б» поручило корпусу генерала Хицфельда оборону плацдарма в Ремагене, так и не отменив боевую задачу, поставленную перед ним ранее.

До этого момента в штабе 67-го армейского корпуса ничего не было известно о положении, сложившемся на плацдарме в Ремагене. Кроме того, у генерала Хицфельда не было даже никакой связи с плацдармом. Однако, поскольку для обороны плацдарма надо было принимать срочные меры, командующий корпусом послал в Ремаген одного из своих офицеров, майора Шеллера. Майор получил от самого генерала Хицфельда следующие указания:

«1. Немедленный выезд в Ремаген. Подчинение себе радиостанции, укомплектованной восемью радистами, для установления связи с плацдармом.

2. В качестве коменданта Ремагена создание там более компактного плацдарма с привлечением предположительно имеющихся там сил.

Затем расширение плацдарма с помощью тех подразделений, которые он сможет обнаружить там в течение дня.

3. Ознакомление с техническим состоянием моста с целью подготовки моста к взрыву.

4. Доклад в штаб корпуса об отданных распоряжениях.

5. При необходимости отдача под свою личную ответственность приказа о взрыве моста; самое позднее в тот момент, когда противник ступит на западный край моста».

Как было заявлено майору Шеллеру, корпус хотел попытаться своим правым флангом установить контакт с плацдармом в Ремагене.

Затем Шеллер был настоятельно ориентирован в том смысле, что при предстоящем отступлении корпус целиком и полностью зависит от моста в Ремагене, так как это единственный сохранившийся мост через Рейн на участке фронта, занимаемом 67-м армейским корпусом. Это означало, что Шеллеру разрешалось взорвать мост только в самую последнюю секунду, когда весь корпус перейдет по нему на правый берег реки.

Уже было 02:45 ночи, когда майор Шеллер попрощался со своими боевыми товарищами. Он успел еще сказать начальнику оперативного отдела штаба корпуса: «За выполнение этого задания можно получить Рыцарский крест!»