Болезни империи. Как пытки рабов и зверства во время войн изменили медицину

Как и в случае с госпиталями, возникавшими во время Крымской войны, больницы времен Гражданской войны в США стали такими местами, где врачи вроде Рассела могли изучать большие группы людей одновременно. Именно в таких больницах наблюдали за последствиями массовой вакцинации и документировали случаи, когда вакцинация приводила к возникновению оспы. Для солдат такие наблюдения не были редкостью. А вот в случае с бывшими рабами, оказавшимися в казармах Бентона, речь шла скорее о дисбалансе власти, чем о гуманистической заботе о здоровье и благополучии людей. Вольноотпущенные жили в палатках, выстроившихся по периметру армейского лагеря. Это было их укрытие, где можно было спрятаться от стихий, отдохнуть, поесть и получить защиту от армии Конфедерации. В то же время, судя по записям Рассела, госпитали при казармах были переполнены и плохо проветривались. В результате чего они провоцировали куда больше проблем со здоровьем, чем были способны излечить (о чем говорила еще Найтингейл) [30]. Как следствие, было мало шансов предотвратить дальнейшее распространение оспы среди чернокожего населения казарм, равно как среди всего местного населения.

Учитывая все эти обстоятельства, у чернокожих детей едва ли была возможность предотвратить ситуацию, когда врач союзной армии использовал их тела, чтобы получить лимфу для вакцин.

В штатах, где рабство все еще не было запрещено законом, врачу Севера не составляло никакого труда оправдать использование тел чернокожих детей во имя защиты солдат Союза. В лагере, где Айра Рассел запустил свое массовое исследование, полностью санкционированное федеральным правительством, подобные действия не противоречили утвержденному военному протоколу и рассматривались как благо для медицины и здравоохранения. Здесь чернокожие были вынуждены спать вповалку на голой земле. А их детям больше некуда было пойти. Оторванные от своих семей – матерей, сестер и тетушек, – они были беззащитны перед врачом, который приближался к ним со скальпелем в руке [31].

Как и в случае с большим количеством иных эпизодов из истории эпидемиологии девятнадцатого века, нарратив об этой процедуре оставляет без внимания самих людей, участвовавших в ней. Когда, к примеру, тот же Троттер описывал результаты исследования цинги во введении к своему медицинскому трактату, упоминания о том, что его пациентами были порабощенные африканцы на борту невольничьего корабля, были стерты. Вместо этого он обозначил этих людей просто как «множество случаев». Подобным образом врач союзной армии оставил без внимания статус детей, которые только недавно были рабами, обозначив их просто как здоровых «цветных» детей. Скорее всего, они оказались в Сент-Луисе на правах беженцев и у них не было особого выбора, кроме как предложить свою «помощь». Маловероятно, что они пошли на это добровольно.

Гражданская война привела к возникновению лагерей для беженцев, где недавно освобожденные рабы часто становились средством для спасения «белых» людей. Конечно, чернокожих детей никто не спрашивал, хотят ли они участвовать в подобных экспериментах. Хотя их обманом и заставляли думать, будто это как‑то поможет их семье или сообществу. Социальные, экономические и политические силы объединились, чтобы поместить и так беззащитных детей в еще более уязвимую позицию. Здесь мы видим ту же ситуацию, что и в трюме невольничьего корабля, когда Троттер изучал причины и поведение цинги, или когда Джеймс Макуильям собирал данные о загадочной эпидемии, разгоревшейся в Кабо-Верде.

* * *

Изучение механизмов распространения инфекционных болезней и разработка превентивных мер и методов лечения зависели от дисбаланса сил, возникавшего в результате рабства, колониализма и войн. На протяжении девятнадцатого века медицинское сообщество смогло в этом убедиться. Подобный дисбаланс позволил Флоренс Найтингейл собирать статистические данные по Индии и госпиталям времен Крымской войны, а также создал условия для деятельности Гэвина Милроя на Ямайке и работы целой армии врачей на службе у Санитарной комиссии США. Этот же самый дисбаланс значительно повлиял и на деятельность врачей Конфедерации во время Гражданской войны. Они стали свидетелями того, как война приводит к биологическим кризисам, которые, в свою очередь, ведут к распространению инфекционных болезней, которые подтачивают здоровье солдат. Как и Санитарная комиссия США, Британская санитарная комиссия и другие европейские медицинские службы, Конфедерация понимала необходимость заниматься изучением и документацией механизмов распространения инфекционных болезней. Ее врачи глобально изучали и вакцинацию – и сообщали о последствиях неудачных процедур.