Болезни империи. Как пытки рабов и зверства во время войн изменили медицину

22 июля, после отбытия нью‑йоркских солдат в Техас, с холерой слег член эскадрона G. из 6‑го кавалерийского полка, находившийся в Нью-Орлеане. Остается загадкой, контактировал ли он с новобранцами из Нью-Йорка. Затем холера поразила одного из нью‑йоркских новобранцев, все еще остававшихся в Луизиане, а в кавалерийском полку было выявлено еще несколько случаев. 25 июля солдат 81‑го «цветного» пехотного полка на хлопковом производстве Луизианы также подхватил холеру и на следующий же день умер. Еще через день другого чернокожего солдата, стоявшего в карауле в конюшнях Булл Хэд, неподалеку от дамбы, привели в лагерь сильно больным. Он тоже умер на следующий день. После этого болезнь быстро распространилась по всему полку. Случаи холеры уже были выявлены и среди гражданских в Новом-Орлеане. А некоторые из первых заболевших солдат находились «в полуобморочном состоянии, когда их привезли из их лачуг» [58]. Власти Нового Орлеана не вводили никаких постановлений, пока холера не поразила целую группу людей, поэтому чиновники не могли определить первые случаи болезни с такой же точностью, как это делали военные [59].

Из Нового Орлеана холера отправилась вслед за войсками, направлявшимися в Техас, и впервые проявилась в Виргинии, Джорджии и Кентукки. Карта ее передвижений, составленная военными, опиралась не столько на реальную географию распространения болезни, сколько на бюрократическую систему, которая позволяла заметить отдельные случаи заболеваний. Вполне возможно, что среди военнослужащих были и другие вспышки холеры, которые не были зафиксированы. Случалось, военная бюрократия отражала некоторые данные и о гражданском населении: к примеру, о разгоревшейся в Луизиане эпидемии среди гражданских. Управление медицинской службы могло следить за перемещениями болезни только благодаря получаемым отчетам. Вот что говорит Вудворд об эпидемии, которая передвигалась из Нового Орлеана вверх по течению реки Миссисипи: «Хотя мы и не видим полной цепи доказательств, у нас на руках есть достаточное количество зафиксированных случаев перемещения эпидемии с одной позиции на другую в этом регионе, чтобы можно было не сомневаться в направлении движения болезни» [60].

Пытаясь наглядно представить географию распространения холеры, военные врачи опирались на целый ряд терминов и выражений, которые характеризовали присутствие и передвижение болезни. И военные, и гражданские чиновники, подававшие отчеты о холере, часто использовали глагол «возникать» при упоминании присутствия холеры. Этот же термин использовался для того, чтобы обозначить определенный регион, в котором присутствовали жертвы болезни. Так, например, Вудворд писал, что холера возникла среди жителей Ричмонда [61]. В то время как термин «возникать» служил логичным способом объяснить присутствие холеры (часто – при отсутствии пристального надзора со стороны военных), многие другие чиновники неустанно повторяли, что определенные личности были переносчиками эпидемии. Тот же Вудворд, к примеру, отмечает, что холеру перенесли (в войска Остина) новобранцы, прибывшие через Индианолу, и что ее перенесли в Литл-Рок на пароходах [62]. Часто при описании холеры использовались и популярные устойчивые выражения. Так, описывая холеру в Шривпорте, штат Луизиана, разразившуюся среди 80‑го «цветного» полка, Вудворд отмечал, что случаи холеры были выявлены на плантациях вниз по течению реки [63].

* * *

Военные также зафиксировали влияние политического восстания 1866 года на распространение холеры среди солдат Миссисипи и Луизианы. В то время республиканцы стояли грудью за освобождение рабов, а белые южные демократы были противниками этой идеи. Двумя годами ранее республиканцы запустили процесс наделения правами чернокожих людей. Но демократов разозлили эти усилия, и они приняли законы, запрещающие чернокожим получать право голоса в Луизиане. Республиканцы, в свою очередь, призвали Луизианский конституционный конвент к созыву, чтобы предоставить чернокожим избирательные права и не дать демократам принять законы, ограничивавшие чернокожих в новообретенных свободах. Тем временем 27 июля 1866 года, за два дня до созыва конвента, чернокожие ветераны войны организовали встречу в Новом Орлеане с целью поддержки республиканцев. Выслушав речи выдающихся аболиционистов, они почувствовали смелость и готовность бороться за свои права. 30 июля, когда состоялся конвент, они прошли маршем с оркестром до Института механики. Белые демократы, многие из которых служили в армии Конфедерации, пришли в ярость не только от самого протеста, но и по той причине, что они не собирались давать чернокожим избирательные права.