Бонапарт. По следам Гулливера

Вот еще одно послание, вчитаемся: «Я люблю тебя. Каждую ночь я мысленно сжимаю тебя в своих объятиях. Каждый свой глоток я сопровождаю проклятиями славе и честолюбию, которые удалили меня от тебя, душа моей жизни. Когда я нахожусь во главе войск, на полях сражений, моя обожаемая Жозефина царит в моем сердце, поглощает мои мысли. Я удалился от тебя быстрее, чем течет Рона, только с той целью, чтобы скорей увидеть тебя снова. И если я встаю глубокой ночью и работаю часами, то это для того, чтобы на несколько дней раньше увидеть своего нежного друга… Ах, мой друг, это “Вы” и эти четыре дня лишили меня покоя. Проклятье тому, кто был этому причиной. Ах! Я заставлю его испытать такие же душевные пытки, какие он заставит испытать меня, если я получу последнее доказательство… Моя душа грустит, мое сердце – твой раб, мое воображение рисует мне ужасные картины…»

Как видим, эти строки написаны человеком, изнывавшим от пылкой любви и жесточайшей ревности. В то же время, как считала сама Жозефина, от его писем веяло провинциальной дремучестью. Но было до жути приятно. Правда, слишком уж страстно и откровенно. А где утонченность и шарм? И самое щекотливое: Бонапарт постоянно требует, чтобы она приехала к нему в Италию. Нет, туда Жозефине совсем не хочется. Что она там потеряла, в этой итальянской глуши? Настоящая жизнь только в Париже! Тем более что здесь… тс-с… Ипполит.

С некоторых пор у Жозефины появился новый любовник – гусарский лейтенант Ипполит Шарль. Румяный, черноволосый, с пышными усами. Да еще на две головы выше муженька. Веселый нравом и отчаянный в постели. Генеральше с ним очень хорошо. Особенно после подписания супругом доверенности, по которой Жозефина как жена главнокомандующего Итальянской армией может пользоваться неограниченными кредитами. Не жизнь – сказка! Правда, совсем не остается времени отвечать на глупые письма из Италии; даже пара строк, написанных как бы между прочим, заметно раздражает. И кто придумал эти дурацкие переписки?..

Десмонд Сьюард так описывает любовника Жозефины: «Невысокого роста, смуглый, с иссиня-черными волосами, он был большим любителем производить впечатление на дам щегольскими нарядами. Жозефина как-то заметила, что была убеждена, что “никто до него толком не знал, как повязывать галстук”. Это был законченный ветреник и, что самое главное, в отличие от вечно мрачного корсиканца неизменно пребывал в радостном состоянии духа. Все дамочки тех дней, включая мадам Рекамье и Тальенн, были от него без ума, несмотря на его провинциальные манеры. Покровительница Шарля представила его самым влиятельным особам парижского общества. Само собой разумеется, родня со стороны мужа приложила все усилия, чтобы слухи о неверности супруги достигли ушей генерала Бонапарта».

Когда в конце мая вместе с письмом Бонапарт прислал нарочного – верного Мюрата, Жозефина так обрадовалась, что… увлекла того в спальню. Бедный Мюрат, даже он не смог устоять перед очарованием столь опытной соблазнительницы…

* * *

Баррас зорко следил и за успехами Итальянской армии, и за личной жизнью ее командующего. Жозефина явно заигралась. Бонапарт, как всякий корсиканец, страшно ревнив. Поведение Мари-Роз, особенно после того как она вышла замуж, могло вывести из себя самого непритязательного супруга. Не следовало забывать, что от действий молодого генерала теперь зависел успех всего Итальянского похода.