Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

Даниил Ювачев повзрослел еще на год. Ему пять. Он страшно увлекается книгами и просит ничего, кроме книг, ему не дарить.

1911

Амундсен достигает Южного полюса. Империи спускают на воду военные корабли. В Турине проходит конкурс телеграфистов: победителю удается передать полторы тысячи слов за час.

Январь

Москва. Начало января. Волошин приходит в гости к Цветаевой. Говорят про Ростана, Бодлера, Наполеона, про Сару Бернар и Артюра Рембо. Цветаева неотрывно смотрит на Волошина и от неловкости не может остановиться говорить. Вдруг Волошин просит Цветаеву снять чепец, чтоб оценить форму ее головы. Марина снимает чепец, обнажая абсолютно лысую голову: она побрилась для того, чтобы вместо обычных волос выросли кудри. Марина мечтает о кудрях!

– У вас отличная голова, самой правильной формы! Вы удивительно похожи на римского семинариста. И неужели никто никогда не полюбопытствовал узнать, какая у вас голова? Голова, ведь это у поэта – главное!

Затем Волошин просит Цветаеву показать ее детскую комнату – тоже важно, чтобы понять поэта! Комната оклеена красными, с золотыми звездами, обоями и увешана портретами Наполеона.

– Как здесь тесно! – говорит огромный Волошин и просит вернуться в гостиную, где гадает Цветаевой по руке и угадывает: «Когда вы любите человека, вам всегда хочется, чтобы он ушел, чтобы о нем помечтать».

Беседа длится пять часов, но пролетает незаметно. Волошин уходит очарованным, Цветаева остается мечтать.

2 января в Петербурге, в квартире поэта Алексея Толстого и его жены, художницы Софьи Дымшиц-Толстой, происходит веселый маскарад. Тема – животные, для чего Толстой попросил жену Сологуба Анастасию Чеботаревскую добыть несколько редких обезьяньих шкурок. Чеботаревская постаралась и достала шкурки у знакомого врача с обещанием вернуть все в целости.

И вот – маскарад у Толстых. Ряженые скачут под неистовую музыку, в углу на диванчике сидит писатель Алексей Ремизов, известный своими странными выходками. Никто не может понять, когда Ремизов врет, а когда говорит правду.

(«Зинаида Николаевна, а вы на икру-то особо не налегайте», – однажды через весь стол сказал он Зинаиде Гиппиус на каком-то званом обеде. Никакой икры на столе не было, Гиппиус была фраппирована.)

Ремизов кажется то чертом, то магом, он пишет письма на старорусском и любит рядиться в маску козла. И вот он наблюдает за маскарадом и видит, что рядом с ним на диване лежат несколько прекрасных обезьяньих шкур.

«Хм, – думает Ремизов, – а почему бы и нет?»

На следующий день, 3 января, веселый маскарад происходит уже в квартире Сологуба. Хороводы, танцы, девушки в античных костюмах, мужчины в костюмах древних германцев. Среди гостей, помахивая хвостом, ходит писатель Ремизов. Обезьяний хвост аккуратно приделан к его пиджаку.

Только через несколько дней до Анастасии Чеботаревской доходит, что обезьяний хвост Ремизова безжалостно оторван от шкурок, которые она должна вернуть знакомому врачу.

Страшный скандал: жена Алексея Толстого настаивает, что хвост оторвал Ремизов. Чеботаревская пишет гневное письмо Ремизову. Ремизов говорит, что он хвоста не отрывал, а уже нашел его отдельно лежащим от шкурки. Чеботаревской приходится извиняться. Сологуб думает, что хвост оторвала Толстая и во всем обвинила чудака Ремизова. Сологуб оскорблен – он разрывает отношения с Толстым. Кто же оторвал хвост на самом деле?

Меж тем в Санкт-Петербурге оттепель и наводнение. Блок в неврастении: до такого состояния его довело утомительное летнее домостроительство, петербургская осень и напряженные отношения с Любовью Менделеевой. Доктор прописывает Блоку шведский массаж: поэт исправно ходит к массажисту и чувствует, как расслабляются мышцы, а в груди образуется что-то наподобие музыкального инструмента.

Музыкальный инструмент в груди Кузмина явно расстроен: актер Кузнецов занят новыми влюбленностями, башня надоела, денег нет.

«Какое мне прибежище, кроме монастыря?» – думает Кузмин, но не торопится уходить из мира. 28 января он встречается с Всеволодом Князевым: поцелуи, объятья, томление. Проводив Князева, Кузмин понимает, что все-таки любит только Кузнецова, и мысленно сравнивает его с нежным цветком.

В нежных цветах и оливковых рощах проводят зиму Андрей Белый и Ася Тургенева. Они поселились в маленькой арабской деревушке недалеко от Туниса. Белый удивляется размеренной жизни арабов, собирает ракушки, читает сказки и говорит Асе всякие глупости. Поднявшись на крышу их небольшого домика, он смотрит на закат.

«Московский закат», – думает Белый и с ужасом вспоминает о необходимости возвращаться в Россию.

На тот же закат смотрит и Гумилев. Он продолжает свое путешествие, идет через пустыню с африканским поэтом и собирает абиссинские песни. Скучает ли он по Ахматовой? Нет. Он считает, что долгие разлуки только поддерживают влюбленность. А что Ахматова? В конце января она возвращается из Киева, где гостила у родственников, в Петербург. С собой она везет несколько только что написанных стихов, среди которых – «Сжала руки под темной вуалью».

Февраль