Бражники и блудницы. Как жили, любили и умирали поэты Серебряного века

«Радиотелеграф – лепет младенца», – торжественно заявляет директор школы. Пройдут годы, десятки лет, и, может быть, шар земной окажется ежеминутно как бы в паутине, окутанный человеческими мыслями! Неисповедимы судьбы Божии и неизведан океан знаний!

Бальмонт плывет по океану Атлантическому – в сторону Австралии. Белый приходит в неописуемый ужас: ему ничего не заплатят! Вячеслав Иванов поддерживает Белого и придумывает название для его романа – роман будет называться «Петербург». Все ругают Брюсова за то, что он не платит Белому. Брюсов называет Надежду Львову «Нелли». Нелли сильно сутулится и пишет очень слабые стихи – Ходасевич смотрит на нее с жалостью. Цветаева и Эфрон готовятся к свадебному путешествию. Кузмин сближается с Гумилевым и Ахматовой и пишет предисловие к первому сборнику поэтессы, который должен выйти в марте. Часовщик человечества Велимир Хлебников продолжает исследовать время и вдруг задается вопросом: «Не стоит ли ждать в 1917‐м падения государства?». На «башне» играют в солдатиков и в шахматы. «Башне» остается существовать два месяца.

4 февраля Маяковский и Бурлюк слушают «Остров мертвых» Рахманинова в зале Благородного собрания.

«А не пойти ли нам шляться?» – шепчет Маяковский Бурлюку, Бурлюк кивает: страшная скука. Друзья аккуратно протискиваются между рядами, извиняются и выходят в морозную ночь. До утра они ходят по Москве, гневно спорят и приходят к неутешительному выводу: всю эту скуку надо крушить. Как именно, пока непонятно.

Тем временем в Петербурге эгофутуристы во главе с Северяниным готовят к выходу первый номер своей газеты, которая будет называться «Петербургский глашатай». Никто не понимает, чего же все-таки хотят эгофутуристы. К чему весь этот шум? Стихи Северянина как были парфюмно-грациозными, так и остались – барышни их просто обожают! Эгофутуристы пожимают плечами и, помимо газеты, готовят поэзоконцерт (поэтический концерт) со стихами, шампанским и фиалками.

18 февраля акмеисты открыто выступают против символистов. На очередном заседании поэтической академии Иванова после докладов, собственно, Иванова и Белого Гумилев и Городецкий выступают с протестом. Они впервые публично формулируют принципы акмеизма и заявляют: нам с вами не по пути! Возмущенный Иванов разрывает отношения с Гумилевым. Удивленный Кузмин думает, кого выбрать. Символистов? Акмеистов? И решает никого не выбирать.

25 февраля Маяковский говорит о том, что никакого вечного искусства не существует! Искусство должно быть актуальным! Дело происходит на выставке художников общества «Бубновый валет». Художники «Бубнового валета» пока не поняли, к вечному ли они относятся или к актуальному, но каждой своей выставкой шокируют обывателя: пугают примитивизмом, бьют кубизмом по голове. Среди бубнововалетовцев – Кончаловский, Лентулов, Гончарова, Машков, Ларионов. Маяковский выступает перед отпетыми авангардистами, выступление серьезно и почти академично: низкий голос, горящие черные глаза, широкие жесты. Маяковскому нравится выступать.

О, весна! Без конца и без краю

Заключенный Николай Радкевич смотрит на весеннее небо сквозь зарешеченное окно. Что его ждет? Радкевич – тот самый кровожадный маньяк, который в далеком 1909‐м убивал проституток с криком «Смерть красавицам!». Он сознался во всех убийствах и ждет сурового наказания. Суд присяжных начнется через несколько дней.

7 марта выходит первый сборник стихов Ахматовой – «Вечер»! Тоненькая книжечка, 300 экземпляров, на обложке лира и крупными буквами подпись – «Цех поэтов». Многие замечают, что стихи Ахматовой куда сильнее стихов Гумилева! В этот же день выходит книга еще одного акмеиста, поэта Михаила Зенкевича. Гумилев устраивает шумную вечеринку – Ахматова и Зенкевич сидят за столом в лавровых венках, шампанское льется рекой. Но в этот вечер Ахматова не пьет шампанского. Почему? Она беременна, вот почему.

Марина Цветаева и Сергей Эфрон в свадебном путешествии. Первая остановка – Париж. Здесь похоронены младший брат и мать Эфрона. Брат повесился в 1910 году, вслед за ним покончила с собой и мать. Сергей идет на их могилу, сажает на ней гиацинты, иммортели и маргаритки. Ему становится невыносимо грустно. Цветаева старается не падать духом: жизнь победит смерть. Цветаева тоже беременна. 18-летний Эфрон скоро станет отцом.

В то же самое время в Париже находятся Мережковские и Философов, но их дорожки с юными молодоженами не пересекаются. В середине марта Мережковский узнает о том, что в России над ним готовится судебный процесс. Что случилось?

Дело в том, что четыре года назад, в 1908‐м, Мережковский опубликовал пьесу «Павел I», главная мысль которой заключалась в том, что самодержавие – от Антихриста. Тогда пьесу тут же запретили и конфисковали за «дерзостное неуважение к Высшей Власти», но судить Мережковского не стали при условии, что дерзить он больше не будет.